Alexey KHarin (geokhar) wrote,
Alexey KHarin
geokhar

ВАЛЬТЕР ШУБАРТ О ПЕРВЫХ ВЕКАХ РУССКОЙ ИСТОРИИ

В свой начальный период русская душа, как и евро­пейская в эпоху готики, была настроена гармонично.
Гармоничным духом веет от древнейшего русского христи­анства. Православная Церковь в основе своей терпелива. Она отрицает насильственное распространение своего учения и несвободу совести. Свое поведение она меняет только со времен Петра I, когда, подпав под верховную власть мощного государства, она допустила ущемление им своих благородных принципов. Гармония разлита на лице русского священника. Мягкие черты его, волнистые волосы напоминают древние иконы святых. Какая про­тивоположность западным иезуитским головам с их плос­кими, строгими, цезаристскими лицами! «Для русского типа святых в целом характерны спокойствие и умерен­ность всего духовного склада, просветленность и мягкость, духовная трезвость, далекая от экзальтации и истерии, мужество и кротость одновременно».
Пе­чать гармонии лежит и на старчестве - этом своеобраз­ном и возвышенном явлении, родившемся* на русской земле. Киреевский вообще противопоставляет «деловому, почти театральному поведению европейцев, со свойст­венной им суетливостью, - смиренность, спокойствие, достоинство и внутреннюю гармонию человека, вырос­шего в традициях Православия». Это чувствуется во всем, в том числе и в молитве. Русский не выходит из себя от умиления, напротив, особое внимание он обра­щает на сохранение трезвого рассудка и гармоничного состояния духа. Русский Киреевский (1850) стоит ближе к античному греку, нежели к русским нигилистам по­следних поколений. Он ближе к грекам, нежели весь европейский классицизм эпохи Просвещения. Грек тоже придерживался правила быть сдержанным даже в мо­литве.
Подтверждением того же чувства гармонии является древнерусская живопись вообще: иконопись совершенная по форме Святая Троица Андрея Рублёва, творения мастера Дионисия, древнерусское зодчество с его благородным покоем, как церковь Покрова Бого­родицы на Нерли под Владимиром (1165) или Дмит­ровский собор во Владимире (1194). Идеальное чувство формы в этом искусстве сразу бросается в глаза. По­следним крупным проявлением этой архитектоники был классицизм эпохи Александра I. В том же ряду можно назвать и гармоничные организационные формы древне­русской жизни - свободолюбивые соборные уложения Церкви вплоть до XVII века, свободный политический строй самостоятельных торговых городов - Пскова (на Чудском озере) и Новгорода (на Ильмень-озере). Новго­род, с его вольницей, был около 1400 года средоточием русского искусства и хозяйственной жизни; государство и Церковь служили народу - и это уже в XIII веке. Политическое устройство такого рода можно сравнить с греческим полисом; но оно не выдерживает никакого сравнения с более поздним московским деспотизмом.
Киреевский ценил древнюю Киевскую Русь за то, что ее законы образовались органично, исходя из естественных потребностей народной жизни, без принуждения сверху, без кровавой поддержки государства, без противоречий между классами, сословиями и партиями. Там не было "рыцарства", притесняющего крестьян или инородцев, а были «бесчисленные, разбросанные по всей стране общины с определенным правопорядком и со своим вождем, построенные на основе внутренней справедли­вости, без формализма и деспотизма». И действительно - в то домонгольское время не было царей, но были великие князья, являвшиеся в своей свободной дружине primi inter pares.
Одним из первых князей этого государ­ства был Владимир, причисленный Церковью к лику Свя­тых. — Гармонично-греческое в ранней русской душе сказывается и в той тесной связи, которую отцы Восточ­ной Церкви искали с Платоном, в то время как на Запа­де ориентировались на Аристотеля. Платон даже на бо­лее позднюю русскую мысль влиял в такой степени, что один из ведущих философов современности вынужден был признать: «Нам, русским, Платон близок необычай­но». Русское чувство гармонии нашло свое наиболее полное выражение в веровании в богочеловечность Христа.
Согласно русскому воззрению, это и есть «само сердце христианства» (Булгаков116). Прометеевская культура на­чала с разделения Бога и мира, религии и культуры на два враждующих лагеря. (Лютер: «Князь, конечно, может быть христианином, но он не должен править как хри­стианин. Как личность он, пожалуй, христианин, но должность или княжество к его христианству не имеют никакого отношения»). В противоположность этому богочеловечность Христа является символом самой сокровен­ной связи между Богом и человеком, между небесным и земным.
<…> Об этой Руси Киевского периода Европа знает так мало, что неудивительны суждения - точнее, предрассудки - как, например, у Шпенглера, о том, что Россия вопло­щает собой извечную апокалипсическую ненависть к ан­тичной культуре. Это совершенно несвойственно русским X-XV веков. При слове "Россия" не следует думать толь­ко о Достоевском. Ведь и Пушкин - русский, личность более гармоничная, чем Гете, и своим внутренним спо­койствием, своей просветленной эстетикой он гораздо ближе грекам, чем творец "Фауста".
У русских тоже была своя готическая эпоха, воплотившая гармоничный архетип, пожалуй, в более чистой форме, чем Запад. Поэтому в Средние века они ощущали свое единство с одинаково настроенными народами Европы, воспринима­ли себя органической частью западноевропейского христи­анства, несмотря на церковный раскол 1054 года, и прекрасно чувствовали себя в этой общности. <…> Душевная общность европейского Востока и Запада позволяла, даже понуждала обоих к политичес­кой общности.
<…> С той Европой Россия была внутренне близка, с Европой же более позднего времени - душевно проти­воположна.

Шубарт В. Европа и душа Востока.
http://bib.social/obschaya-filosofiya/istoriya-russkoy-dushi-97671.html
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments