August 3rd, 2021

ИЗ ЖИЗНИ ЗНАМЕНИТОСТЕЙ. НИКОЛАЙ II



И последний материал о  Николае II. Правда мы со школьниками успели дойти до Александра III, но я просил ребят присылать материалы и о последнем русском императоре. Конечно, надо бы потом самому о нём здесь выложить заметку. Возможно, потом  размещу отрывок из своей книги, что сейчас готовится к печати. А пока вот этот материал.
В дополнение только скажу, что Николай II проезжал с семьёй Вятку, когда ехал в ссылку. Даже вышел пройтись во время остановки. Но, видимо, где-то около города а не в городе т.к. охрана старалась не допустить его встречи с жителями тех местностей, где они проезжали…
Позднее – в марте-апреле 1918 г. в Вятке побывало и несколько родственников Николая II, сосланных сюда. Это великий князь Сергей Михайлович (внук Николая I), князья императорской крови Иоанн Константинович, Игорь Константинович и Константин Константинович (правнуки  Николая I),  и князь Владимир Палей (внук Александра II). Но так как население относилось к сосланным положительно, их быстро выслали в Екатеринбург, а уже оттуда вместе с княгиней Елизаветой Фёдоровной в Алапаевск …
В какой-то степени Николай II и его родственники повторили судьбу одного из первых представителей Романовых (до этого они назывались Захарьины-Юрьевы) – Василия Никитича Романова, сосланного вместе с братом Иваном Никитичем В Пелым в 1601 г. и умершего на Урале в 1602 г. Напомним, что Борис Годунов на рубеже 1600-1601 гг. решил расправиться с кланом Романовых (видимо предчувствуя угрозу с их стороны) и нанёс, как он полагал, превентивный удар. Романовы были сосланы в разные места. Трое из них – на Урал (в село Ныроб, что в Пермском крае, был сослан ещё Михаил Никитич Романов).
Но вернёмся к Николаю II. Литература о нём безмерна. Особенно в наше время, когда публикуется много воспоминаний о царской семье, пишутся и монографии и книги публицистического характера.
Из литературы можно порекомендовать книгу А.Н. Боханова «Николай II» изданную в 1998 г. Правда она немного апологетического характера, но А.Н. Боханов  пытается понять внутренний мир царя, понять его поступки. Полагаю, что книга будет интересной читателю В 1990е гг. популярной была книга американского историка Р. Масси – «Николай и Александр».  Можно и её порекомендовать читателям. Если кто-то из читателей может упрекнуть, что я даю апологетическую литературу, то можно порекомендовать из советского времени монографию М.К. Касвинова «Двадцать три ступени вниз».
Полагаю, что данным списком можно и ограничиться.
Теперь присланный материал.


Николай II

1. Николай II принял престол в Крыму.
После смерти отца, Александра III, Николай принял престол в Ливадии. Он не ожидал такой большой ответственности, был взволнован и растерян. Его собственная мать, Мария Федоровна, не желала видеть сына на престоле. Она хотела, чтобы бразды правления перешли младшему сыну, Михаилу. Но вышло так, как вышло (напомню, что Михаил Александрович не имел права на престол т.к. был женат морганатическим браком).
2. Николай II хотел перенести столицу в Крым.
Царь не любил серый и дождливый Петербург и хотел видеть столицу Империи в солнечной Ялте. Но он понимал нецелесообразность этого решения, так что оставил все как есть.
3. Хотел передать престол дочери.
Во время своей болезни тифом Николай чуть не умер. Понимая, что ему может остаться недолго, он хотел нарушить закон о престолонаследии (передача правления только по мужской линии) и передать трон своей дочери - Ольге. Но к счастью, царь выздоровел и пятилетняя Ольга не стала царицей. Остается только гадать, что случилось бы с государством, будь на троне маленькая хрупкая девочка.
4. Николай был глобальным миротворцем.
В 1898 году Николай организовал международную мирную конференцию. В ней участвовали 20 европейских, 2 американских и 4 азиатских государства. Николай хотел создать что-то наподобие ОНН, чтобы как можно эффективнее решать международные конфликты без кровопролитных войн. И это еще до Первой мировой войны!
5. Николай построил транссибирскую железнодорожную магистраль.
Мало кто упоминает и о заслуге Николая в строительстве транссибирской железной дороге, которая и по сей день является основным звеном в транспортной системе нашей огромной страны. Николай II как никто другой понимал ее важность, поэтому считал строительство этой дороги своей основной задачей. И не прогадал. Вспомним русско-японскую войну и китайские волнения в XX веке.
6. Воспитывал приемных детей.
Николай как родных принял детей своего дяди, Павла Александровича. Дмитрий и Мария лишились матери, когда она умерла при родах, а отец быстро нашел новую жену. Дети называли Николая "папой", а его жену "мамой". Он их воспитывал как родных.
7. Военное снаряжение испытывал на себе.
Чтобы убедиться в качестве амуниции Николай лично выбирал комплект снаряжения и надевал его, проверяя материал на наличие недостатков. Один раз он прошелся в снаряжении рядового 14 километров по жаре.
8. Любил вино и табак.
Николай был страстным поклонником крымского вина, но никогда не напивался до беспамятства. Курение же было неотъемлемой частью его жизни, он пыхтел как паровоз на транссибирской магистрали.
9. Не любил женское пение
Царь не переваривал женское пение. Когда кто-нибудь из дочерей или прислуги начинали петь романсы, он сбегал из поместья, приговаривая "ну, завыли...".
10. Поднял экономику государства на очень высокий уровень.
Ряд успешных реформ и всяческая поддержка двух самых знаменитых реформаторов (Столыпин и Витте – это спорный вопрос, так как император их обоих терпеть не мог – А.Х.) сделали экономику Российской империи одной из самых сильных в Европе. Экспорт масла и зерна, крепкий рубль и пик экономики в 1913 году - заслуги Николая II. 1913 год еще долго будут считать эталонным, сверяя его показатели с другими годами даже в Советском Союзе.

Материал из открытых источников

АЛЕКСЕЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ МАСЛОВ О РОССИЙСКО-КИТАЙСКОМ СОТРУДНИЧЕСТВЕ В XXI ВЕКЕ

Мы действительно чувствуем близость как минимум в наших устремлениях и идеях. Обеим странам сейчас слишком «узко» в рамках нынешнего миропорядка, обе страны считают, что готовы  предлагать новые, более открытые и эффективные формы глобального взаимодействия. Обе хотят построить самостоятельную финансово-валютную систему (не разрушая старую), не случайно за последние пару лет они подписывали ряд соглашений о переходе торговли в основном на национальные валюты, т.е. «мимо доллара».
Россия активно поставляет в Китай нефть и газ, а в конце 2019 г. был запущен газопровод «Сила Сибири». Китай сегодня значительно дальше продвинулся в генерировании глобальных идей, в распространении собственного влияния в мире, но и Россия стремится не столько «встраиваться» в китайскую колею, сколько вырабатывать самостоятельные идеи. Не все удается, нередко непонимание логики взаимодействия с Китаем, его политической культуры приводит к декларативным планам, которым так и не суждено осуществиться, например, так до конца не реализовавшийся «разворот на Восток» или не очень воспринимаемая Азией политическая идея «Большой Евразии». Но важно, что у России есть четкое представление, что без своей идейной самостоятельности с Китаем вести дела будет непросто.
Наш товарооборот заметно вырос и достиг в 2018 г. 108 млрд долл., в 2019 г. — ок. 110 млрд долл., а к 2024 г., как намечено, должен достигнуть 200 млрд долл. Но если заглянуть за формальные объемы, то мы увидим, что для достижения такого уровня товарооборота нельзя работать по старой схеме, сложившейся еще в 90-е годы: продолжать увеличивать экспорт энергоносителей, прежде всего нефти и газа, которые сегодня в общем объеме экспорта составляют около 70%. И хотя Россия постепенно наращивает экспорт товаров АПК, он не составляет заметной доли от общей массы.
То есть чем больше растет товарооборот (это хорошо), тем больше Россия привязывается своими ресурсами к Китаю — а это уже плохо. Если Китай для России — торговый партнер номер 1, то Россия для Китая — номер 11. В целом не так уж и плохо, но в общем внешнеторговом обороте Китая мы занимаем лишь 2,3%, в то время как США, ЕС, АСЕАН — каждый по 13–14%, и даже не очень дружественная Китаю Япония — 7%. То есть даже увеличив товарооборот вдвое, мы не войдем в числе лидеров.
И вот парадокс: чем более высокие цели мы ставим себе в торговле с Китаем, тем больше вынуждены привязывать свою экономику к энергоносителям. И это не «проклятие сырьевой зависимости», это проклятие постоянного стремления к еще более высоким показателям любой ценой. Об эти объемы «разбиваются» все разумные попытки стимулировать развитие инновационных фондов с Китаем и сотрудничать в высокотехнологичных областях. Энергоносители «сжигают» экспортные российские технологии, да и грамотных менеджеров по их продвижению в страны Азии — единицы. Может, важен не только объем, но и качество торговли?
Строго говоря, нам надо стремиться не столько к бездумному увеличению торговли с Китаем ради красивой цифры, сколько переводить ее на новое качество, т.е. диверсифицировать торговлю и создавать совместное производство высокотехнологичных товаров, открывать совместные технопарки и производства, вместе выходить на рынки третьих стран, развивать электронные торговые площадки.
Уже много лет страны работают над укреплением и расширением взаимного доверия, причем такое доверие не просто «фигура политической речи». Казалось бы, мы сегодня проводим и совместные военные учения, лидеры двух стран встречались уже более 30 раз, мы в течение многих лет обмениваемся различными «годами дружбы» — разве это не доказательство «доверия»? Но на этом фоне иногда мы не слышим друг друга. Вот, например, китайские эксперты часто жалуются, что российский рынок остается «закрытым» для китайских производителей, а в ответ мы удивляемся — разве не Россия призывает инвестировать в российские зоны опережающего развития, в приоритетные производства, в совместные агрофирмы и технологические стартапы?
Но при внимательном рассмотрении выясняется, что китайские коллеги имеют в виду беспрепятственный допуск к российским энергетическим ресурсам, возможность самостоятельно эксплуатировать российские земельные ресурсы или, например, полностью открыть российские региональные рынки для китайских товаров. Кстати, именно таким образом открыли сегодня рынки многие страны Центральной Азии, Латинской Америки и Африки.
У России же сегодня другие национальные приоритеты — нам надо воссоздавать свою промышленность, а массовый приток китайских товаров может просто обрушить эти планы, «обездвижить» нашу индустрию, как это, например, случилось в 90-е годы на Дальнем Востоке, — последствия этого мы до сих пор не можем устранить.
Логика современного Китая — это стратегия экономически развивающейся и расширяющейся страны. Китай сегодня присутствует на рынках практически всех стран мира. Причем он постепенно перестает быть «мировой фабрикой», зато переходит на высокотехно логичные и наукоемкие производства. Несмотря на заметное замедление роста ВВП, Китаю для поддержания своей экономики требуется «выносить» свои капиталы и производства за рубежи. Он вынужден, по сути, создавать новую инфраструктуру во многих странах мира, и именно через создание новых экономических коалиций и договоренностей Китай развивает грандиозную глобальную инициативу «Пояс и Путь». К ней присоединились десятки стран, другие же, например США и Индия, видят в ней новую попытку глобализации «по китайскому образцу», Япония же критикует Китай за «низкое качество инвестиций».
Но так или иначе, Китаю удалось создать вокруг себя целый лагерь стран, которые крайне заинтересованы в новых формах экономической интеграции, — построить свой макроэкономический регион.
У России есть свой интеграционный проект — Евразийский экономический союз, созданный еще в 2015 г., который, правда, не наполнен столь же большими деньгами, как китайский «Пояс и Путь». И к китайскому проекту стоит относиться позитивно, но это все же идея, развиваемая и спонсируемая Китаем, но не в полном смысле международная инициатива, а поэтому Россия готова «сотрудничать проектами», и в 2018 г. уже было подписано широкоформатное соглашение между ЕАЭС и проектом «Пояс и Путь» с китайской стороны.
Интерес к Китаю в России огромен, по сути, мы видим настоящий ажиотаж вокруг китайской культуры, выставок, произведений искусства, новых книг, туризма в Китай, сегодня более 170 университетов России преподают китайский язык (признаемся — с разным качеством), тысячи российских компаний стремятся сделать бизнес с Китаем. И на этом фоне возникает вопрос об устойчивости отношений между двумя странами в будущем. Взаимодействие будет стабильным и через десятилетия, но оно станет более прагматичным и реалистичным, менее декларативным и более профессиональным.
И самое главное, оно действительно будет связано с поисками новых форм не только национального, но и глобального развития. Так уж сложилось, что и Россия, и Китай — это великие «мегаимперии», которые просто не способны думать только о себе, они чувствуют свою миссию, далеко выходящую за пределы их национальных границ. Но важно, чтобы наши амбиции подкреплялись столь же мощной экономикой и разумной политикой.
Россия в последние годы выбирала, если можно так сказать, европейский, или, если более точно говорить, западный путь развития экономики, но все видят, что особых плодов это не приносит. И поэтому ряд видных российских экономистов предложили: давайте воспользуемся китайской моделью — ведь она же очевидно успешная?
Никогда не стоит перенимать какие-то мелочи, если мы не видим общей стратегии. То, что удалось в Китае, вписано в общую стратегию этой страны с учетом исторических, культурных, социально-экономических особенностей, менталитета населения и многого другого. Российская проблема в том, что многие, прежде всего социально-экономические рецепты, вырабатываются для некой виртуальной страны, которой просто нет на карте, это типичная абстракция, прямо или косвенно ведущая к отпадению власти от населения.
И то, что стоит перенять прежде всего — это возврат к социально справедливому государству, к ориентации на реальную страну, а не на идеальную модель. Надо брать на вооружение идеи нетерпимости к любой коррупции, и не только на уровне законодательных мер, а на уровне бытового сознания — Китай прошел через все эти этапы Надо, как и в Китае, делать более реально ориентированной и гибкой систему науки и образования, всячески поддерживая фундаментальные исследования, надо дать ученым и преподавателям творить, а не заниматься бумажным творчеством, «рихтуя» их под западные стандарты. Все это годами делается в Китае, и сегодня по числу научных публикаций в мире Китай сравнялся с США и превосходит Россию в десятки раз. И дело не в том, что у нас «мозги хуже», дело в том, что структура наша нынешняя науки и образования самоубийственна.
И главное: надо разрабатывать свое, российское, глобальное видение мира и страны, свою «российскую мечту». «Разворот на Восток», «Большая Евразия» — все это в реальности региональные, а не глобальные модели, к тому же сильно недоработанные. Сравните с глобальными американской или китайской моделями и, как бы к ним ни относиться, становится понятно, что и России надо мыслить шире и амбициознее, избавляться от периферийного вечного метания «мы с Западом — или с Востоком».
Есть еще один важный аспект: чтобы понять, как по-настоящему работает Китай, его надо изучать изнутри. Придется отвлечься от абстрактных деклараций очередного «крестового похода на Восток» и вдуматься, какие модели мы сами можем применить, при этом не нанося ущерба своим национальным интересам. «Азиатизация» российской экономики ничем не лучше ее «вестернизации» - надо искать свои стратегии. Для этого нужно другое поколение экономистов, политиков, востоковедов. Для этого нужны новые профессионалы.

Маслов А.А. Китай 2020: пандемия, экономика и глобальные альтернативы. М., 2021. С. 334-339.