January 17th, 2020

ЛЮДИ XVIII ВЕКА. "НОВЫЙ СОКРАТ". ДЕНИ ДИДРО. ЧАСТЬ 1


Как известно, эпоха Просвещения, и предшествовавший ей XVII в. – время роста интереса к теории познания. Одним из результатов этого стало появление большого количества справочников, энциклопедий. Благо, что количество знаний накапливалось, благодаря и развитию наук, и географическим открытиям. Ещё в конце XVII в. один из первых французских просветителей – Пьер Бейль начал публиковать в Роттердаме свой «Исторический и критический словарь» (1697 г.). В Англии выходят «Технический словарь» члена Королевского общества Джона Харриса (1704 г.), а затем двухтомная «Циклопедия, или Всеобщий словарь искусств» британского переводчика и книгоиздателя Эфраима Чебмерса. В Германии учёный Иоганн Гюбнер издаёт «Словарь печатной и разговорной лексики» в 1704 г., а в 1721 г. в Лейпциге увидел свет «Всеобщий лексикон» Яблоньского.
Безусловно, Франция не могла не остаться в стороне от этого процесса. Тем более, что у французов была буквально страсть к словарям, как отмечал Сен-Бёв. Многочисленные словари находили в то время постоянных покупателей, несмотря на подчас высокие цены[1].
И, как следствие, выход в свет в 1750-х гг. знаменитой «Энциклопедии, или Толкового словаря наук, искусств и ремёсел». Это была и попытка собрать все имеющиеся тогда сведения, рассказав о них на страницах издания французским читателям, и своеобразная критика сложившихся во Франции порядков. Одним из вдохновителей «Энциклопедии», наряду с учёным Жаном Лероном Д’Аламбером  стал философ Дени Дидро (1713–1784 гг.).
Родился будущий мыслитель 5 октября 1713 г. в городке Лангре, что расположен в Шампани, в семье достаточно обеспеченного ножовщика –  Дидье Дидро и его супруги Анжелики (в девичестве Вильерон).  Биограф Р.И. Сементковский отмечает, что Шампань наложила отпечаток на натуру Дидро, сделав его впечатлительным, восприимчивым к разным течениям.
Позднее сам Дидро шутил по этому поводу: «У жителей моей родины голова походит на флюгарку, и это понятно, потому что тамошний климат очень непостоянен: в течение суток холод сменяется жарою, тихая погода – бурею»[2]. Действительно, впечатлительность самого Дидро была очень изумительной. Как отмечает Сементковский, ум Дидро «походил на знаменитый напиток его родины, на шампанское, – так он всегда искрился, играл и пенился».
В. Виндельбанд отмечает, что обладая от природы сильной и живой чувственностью, Дидро подпадает под влияние различных сенсуалистских, эвдемонистических и материалистических теорий, хотя при этом основные идеальные черты его личности постоянно ведут с ними борьбу.
Как уже и отмечалось, семью Дидро можно было причислить к зажиточным. Мэтр Дидье изготовлял хирургические инструменты «Способствовать операциям — это у нас фамильное», — говорил его сын впоследствии, когда готовил своеобразную операцию французского общества.
Отец Дидро был также человек здоровый, деятельный, энергичный, и потомственный ремесленник. Кроме того, отец философа продавал собственный доход и сдавал в аренду свои дома, что у него имелись в Лангре, Шампани и Кооне. Мастерскую ножовщика посещали не только заказчики и покупатели, но и те, кто оказывался в трудном положении. Мастера всех цехов и коммерсанты, адвокаты, нотариусы нередко брали у него в долг деньги. За готовность всем помочь мэтра Дидье прозвали «Провидением» города[3].
В целом, Дидье Дидро являлся одним из представителей мелкой городской буржуазии и обладал такими качествами, присущими данному слою, как выдержка, трудолюбие, семейственность, склонность к образованию, непритязательность, воздержанность[4].
Безусловно, многие из этих черт потом передались и будущему философу. Можно добавить, что Дидье Дидро не отличался особой религиозностью, слыл человеком, свободомыслящим (за что его порой критиковал впоследствии младший брат Дени – Пьер-Дидье, ставший потом католическим священником).
Уже в 1760-х гг., будучи знаменитым мыслителем, Дидро-младший приехал в родной город. Отца уже не было в живых. На улице Дидро встретил одного старого знакомого, который ему сказал: «Вы хороший человек, господин Дидро, но если думаете когда-нибудь сравняться с вашим отцом, то сильно ошибаетесь».
Дети любили своего отца. И сам Дени Дидро, хотя и ссорился с отцом в молодости, позднее писал о нём с теплотой (о матери у него почти нет упоминаний). Сестра Дени Дидро так любила своего отца, что отказалась от замужества, чтобы остаться при нем и ухаживать за ним под старость.
Дидро-старший мечтал, чтобы его сыновья сделали хорошую карьеру. Но как это возможно? Только путём обучения. Наиболее хорошее образование в то время можно было получить у иезуитов. И Дени вместе с младшим братом Пьером-Дидье в возрасте восьми-девяти лет начали посещать иезуитский коллеж в своём родном городе, где изучали в основном древние языки, историю, ораторское искусство, литературу[5].
В 1728 г. он оканчивает родной коллеж. Видимо по совету наставников, молодой человек решает переехать в Париж, чтобы там продолжить обучение. Отец помогает своему сыну в этом намерении и едет вместе с ним в Париж. Там Дидро-старший устраивает сына в коллеж Д'Аркур при Парижском университете, где Дени продолжает тщательно изучать греческий и латинский языки, занимается математикой, которая на первых порах не вызвала у него большого энтузиазма.
Обучаясь в коллеже Д'Аркур (1728–1732 гг.), Дидро размышляет, по какой стезе идти дальше. Если в раннею юности он, видимо по настоянию учителей, ещё думал стать священником, то постепенно отказывается от данной идеи.
Около двух лет (1733–1735 гг.)  Дидро служит помощником прокурора Клеман де Ри, уроженца Лангра, куда ему помог устроиться отец. Но юридические науки не привлекают молодого человека. В свободное время он продолжает заниматься языками, включая теперь уже английский и итальянский, а также математикой.
Уговоры отца и начальника никак не действовали на Дидро. Наконец патрон не выдержал и в последний раз обратился к молодому человеку с предложением: либо заняться делом, либо оставить его канцелярию. Он даже по-хорошему взывал к Дидро:
–  Если я вас уволю, что вы будете делать? Ведь вам все равно придется избрать какую-нибудь профессию.
На его удивление молодой человек заявил:
– К чему избирать профессию? Мне и так хорошо. Я вполне доволен. Люблю учиться, и мне больше ничего не нужно.
Удивлённый патрон даже расхохотался, считая такие слова проявлением незрелости. Но так или иначе, Дидро был уволен, а старик-отец лишил молодого человека всяких денежных средств:
– Я не понимаю, как человек может жить, не принося обществу пользы, – заявил возмущённый своим сыном отец.
Но Дидро-младший был иного мнения. Он хотел посвятить себя науке. По мнению молодого человека, предпочтительнее было вести жизнь малообеспеченного, но свободного человека, подчиняющегося не внешним правилам, а внутренним интересам, чем скучную жизнь обеспеченного, но ограниченного чиновника[6].
Десять лет (1733 по 1744 г.) Дидро посвятил напряжённым поискам своего пути и зарабатыванием на жизнь случайными уроками. При этом для него деньги были не главное. Если он встречал даровитого ученика, то мог с ним просиживать целые дни. А с бездарными детьми Дидро немедленно расставался, не смотря на плату.
Примечателен в этом плане один случай. Однажды Дидро поступил домашним учителем к очень богатому финансисту, чтобы заниматься с детьми последнего. Тот предложил молодому учителю совершенно блестящие условия: готовое помещение, стол и 1500 франков в год. Три месяца Дидро обучал ребят, а затем подал прошение об увольнении.
Финансист изумился, спросив, чего не хватает учителю, и предложил дополнительные условия, увеличение оклада и т.п. Но Дидро ответил:
– Мне так хорошо у вас в доме, что лучшего я и желать не могу… Но взгляните на меня: на мне ведь лица нет. Я делаю из ваших ребят людей, но сам опускаюсь в умственном отношении, сам становлюсь ребенком. Я умираю у вас, а умереть я не хочу[7].
Часто Дидро голодал. Однажды даже, когда дома не оказалось еды, Дидро пошёл гулять, чтобы так легче переносить голод. Порой он впадал в уныние и отчаяние. Но всегда старался найти подработку. И это были не только уроки с учениками. Это и переводы для издателей, и составление  проповедей для духовных особ, и даже пастырские послания для епископов.
Но иногда, доведённый до отчаяния, Дидро шёл на не очень хорошие вещи. Так, однажды он познакомился с одним монахом, который охотно давал деньги лицам, желавшим поступить в монастырь босоногих кармелитов. Дидро прикинулся желающим поступить в монастырь и начал таким образом выманивать деньги, пока монах не догадался о подвохе.
В то же время, Дидро много занимается философией, математикой, историей, литературой, языком. Начиная с 1733 г. он тщательно изучает работы Аристотеля и Платона, Ф. Бэкона и Локка, Декарта и Спинозы, а также других мыслителей.
Постепенно формируется его энциклопедический ум. Из мыслителей на Дидро большое влияние в этот период оказал английский моралист А. Э. К. Шефтсбери, книгу которого «Исследование о достоинстве и, добродетели» Дидро перевёл в 1745 г[8].
Происходит и личное знакомство Дидро с такими в будущем знаменитыми мыслителями, как  Руссо и Кондильяк. Долгие часы проводят они в спорах и беседах. Общение Дидро с Руссо оказалось благотворным для них обоих в плане формирования мировоззрения.
А 6 ноября 1743 г. Дени Дидро втайне венчается с 31-летней белошвейкой Анной Туанетой Шампьон, за которой долго и настойчиво ухаживал, не смотря на сопротивление со стороны своего отца и матери Туанеты. При этом он шёл на всевозможные хитрости, чтобы заручиться расположением матери невесты. Однако, как только мыслитель женился, тут же он начал изменять Туанете с некоей мадам Дефорж. Молодого человека даже не остановило рождение дочери 13 августа 1744 года у них родилась первая дочь Анжелика. А затем появился и второй ребёнок.
Анна Туанета отличалась от своего мужа. Она была домовитой, религиозной и её огорчало вольнодумство Дидро. Хотя отец сначала отнёсся негативно к браку, но когда молодой человек отправил к ним свою жену, она понравилась Дидро-старшему. Однако Дидро-младший всё больше разочаровывался в своей жене. Она была доброй по отношению к мужу и горячо его любила, но равнодушна к его идеям, взглядам, что огорчало Дидро. Не было в их браке душевности.
После мадам Дефорж появляется в его жизни госпожа Пюизье – жена адвоката. Затем в его жизни появилась Софья Волан, связь с которой продлилась почти тридцать лет (с 1755 по 1784 гг.). Биографам сложно определить их отношения. Видимо это была и любовь, и дружба. О Софьи Волан мало что известно. Жила она то в Париже, то за городом. Из просветителей читала Гельвеция. Т.е. в этом плане Дидро было с ней интереснее, нежели с женой.
Сам Дидро так писал о своих увлечениях и расставаниях: любовь не терпит никакого возражения и тем более насилия, что она должна подчиняться исключительно природе, то есть влечению если мы разлюбили женщину, то имеем полное право с ней расстаться[9].
Правда изменяя жене, чувствуя душевную чуждость, Дидро всё-таки испытывал к ней благодарность за её любовь. С теплотой мыслитель относился и к дочери (Анжелике), занимался её воспитанием.
Между тем, наступает третий – творческий этап в жизни Дидро. В 1746 г. свет увидело первое произведение Дидро «Философские мысли», которое парижский парламент осудил на сожжение за те вольнодумные взгляды что там были.  Основная мысль произведения –  утвердить права разума везде, в том числе и в религии. В своей книге Дидро ещё выступает как деист[10].  И он пока ещё критикует атеизм.
Критике христианства и защите веротерпимости посвящена следующая работа Дидро — «Прогулка скептика, или Аллеи» (1747 г.). В ней он противопоставляет размышляющих о природе, мудрых и терпимых людей, живущих в «аллее каштанов», тем безумцам и одержимым фанатикам, которые заселяют «аллею терний».
Через два года (в 1749 г.) Дидро ненадолго заключают в Венсенский замок. Видимо, за работу мыслителя «Письмо о слепых, предназначенном зрячим», в которой вновь звучала критика христианства.
Он пишет всё новые работы. Но его имя связывают часто с «Энциклопедией». Идея издания «Энциклопедиии» возникла у парижского издателя Ле Бретона, занимавшегося переводом на французский язык «Циклопедии» Чемберса. К изданию привлекли Дидро, который и выступил с идеей систематизировать все имеющиеся знания для того, чтобы «направить их на достижение общего блага». Дидро начал разработку данного «проекта», подбирая сотрудников. На многие годы ближайшим другом и помощником Дени Дидро в создании «Энциклопедиие» явился крупный математик и философ Д'Аламбер. Позже Вольтер сравнивал Дидро и Д'Аламбера с Геркулесом и Атласом, несущими земной шар на своих плечах.
К созданию «Энциклопедии» были привлечены представители самых разнообразных слоёв населения и профессий. Это и офицеры армии и моряки, судьи, и медики, литераторы, и учёные, публицисты и инженеры. Здесь были верующие и атеисты, сторонники «просвещённого абсолютизма» и буржуазной демократии.
Среди видных учёных и мыслителей можно назвать философов Вольтера и Гельвеция, Гольбаха и Кондильяка, Руссо и Монтескьё. Были привлечены экономисты Кенэ и Тюрго, естествоиспытатель Бюффон, теологи и религиозные деятели – Молле, де Прад и многие другие.
Дидро и Д'Аламбер подготовили «Проспект» в котором указали цели «Энциклопедии»: собрать все достижения в области наук и искусств (здесь издатели указывают на Ф. Бэкона как на мыслителя, у которого они заимствовали эту идею). Вместе с тем, Дидро предпринимает попытку, которую до него никто не совершал. Он пытается систематически представить также и развитие ремесел. Для этого мыслитель лично посещает самые разнообразные мастерские, изучает производство различных предметов (тканей, бумаги и т. д.), учится делать их сам[11]. Дидро писал, что совершенно не мог описать в «Энциклопедии» определённые операции и рабочие процессы, если прежде не приводил их в действие собственными руками и не видел процесс воочию[12].
Фактически история создания «Энциклопедии» — это история почти всей жизни Дидро. Т.Б. Длугач отмечает, что мысль об её издании зародилась в уме философа ещё в 1745 г. Через шесть лет (в 1751 г.) вышел первый том, когда ему было 38 лет. Всё издание с гравюрами и рисунками было завершено к 1772 г. (без участия Дидро до 1780 г. вышло в свет несколько дополнительных томов текста и иллюстраций к ним, а также два тома указателей)[13].
Для Дидро «Энциклопедия» являлась самой приемлемой формой изложения материала по той причине, что в ней можно было в рамках единой мировоззренческой программы дать ответы на многочисленные вопросы, стоявшие в то время перед идеологами революционно и оппозиционно настроенных слоев. Не просто связать имеющиеся знания воедино, но связать их так, чтобы направить к одной цели – пониманию того, какими должны быть новые общественные отношения. Издатели «Энциклопедии» стремились именно к этому.
Не удивительно, что издание «Энциклопедии» вызвало реакцию среди консервативных кругов. Уже на первый том, вышедший в июне 1751 г. обрушился иезуит отец Бертье, который с октября начал публикацию многочисленных статей, посвящённых критике издания. Он даже обвинял авторов «Энциклопедии» в плагиате. Против энциклопедистов объединились иезуиты и их давние оппоненты янсенисты.
В 1752 г. выходит второй том, но он почти тут же (7 января 1752 г.) был запрещён, по настоянию лиц, близких к королю. Повод – защита диссертации одним из друзей Дидро и автором ряда статей по вопросам богословия — аббатом де Прада. Последний был публично обвинён в неверии, его диссертация была отвергнута, и это дало иезуитам основание для нападок на «Энциклопедию». Но с помощью высокопоставленных покровителей уже в 1753 г. выходит третий том, затем по одному и остальные.
Однако сложности в издании «Энциклопедии» продолжаются. Возник конфликт между Руссо и энциклопедистами, на почве идейных разногласий (в первую очередь, по вопросам веры). В результате Ж.Ж. Руссо отказывается от участия в проекте. В 1757 г. совершено покушение на короля, после чего нападки на «Энциклопедию» в консервативной прессе усилились. Так, авторы «Энциклопедии» были обвинены в том, что они не признают божественности королевской власти и при объяснении её указывают либо на насилие, либо на общественный договор. Энциклопедистов обвиняли в том, что они считают необходимым рационально обосновать различные религиозные церемонии и обряды; что они требуют свободы совести, веротерпимости и т. д.[14]
И уже один из вдохновителей «Энциклопедии» Д'Аламбер, не выдержав нападок, отходит от участия в издании, а с ним и ещё ряд ценных сотрудников. Фактически Дидро остаётся один во главе «Энциклопедии». Он смог преодолеть возникший кризис и довести до конца издание «Энциклопедии». 
Кроме того, у Дидро и прекратилась дружба с Руссо, но он больше не терял своих друзей. Разве что ещё осложнились отношения с Д'Аламбером. В свою очередь, Жан-Жак Руссо практически растерял всех своих друзей. По своему характеру Дидро был вспыльчив, но и очень отходчив. Долго питать к кому-либо злобу он решительно не мог. Он часто жертвовал собой для друзей и не реже приходил на помощь всем нуждающимся. В отличие от подозрительного, озлобленного и нелюдимого Жан-Жака Руссо, Дидро был общительным и жизнерадостным[15]. Среди друзей Дидро пользовался большим авторитетом. Однажды Кондильяка спросили: если возникнет спор между ним и Дидро, кто будет прав. Кондильяк ответил, что всё равно правым будет Дидро. Если Руссо за годы своей жизни растерял почти всех друзей, то Дидро фактически только двоих – самого Руссо и  Д'Аламбера.

Окончание:
https://geokhar.livejournal.com/809241.html




[2] Цит. по: Сементковский Р.И. Дени Дидро (1713–1784). Его жизнь и литературная деятельность. URL:  https://aldebaran.ru/author/i_sementkovskiyi_r/kniga_deni_didro_1717_1784_ego_jizn_i_literatu/read/
[3] Мусский И.А. Дени Дидро (1813-1884) / Мусский И.А. Сто великих мыслителей. URL:  http://www.uhlib.ru/filosofija/100_velikih_myslitelei/p51.php
[4] Сементковский Р.И. Указ. соч.
[5] Длугач Т.Б. Дидро. М., 1986. URL: http://lit-prosv.niv.ru/lit-prosv/dlugach-deni-didro/na-puti-k-filosofii.htm
[6] Длугач Т.Б. Указ. соч.
[7] Сементковский Р.И. Указ. соч.
[8] Длугач Т.Б. Указ. соч.
[9] Мусский И.А. Указ. соч.
[10] Длугач Т.Б. Указ. соч.
[11] Длугач Т.Б. Указ. соч.
[12] Антисери Д., Реале Д. Западная философия от истоков до наших дней. От Возрождения до Канта. СПб., 2002. С. 619.
[13] Длугач Т.Б. Указ. соч.
[14] Длугач Т.Б. Указ. соч.
[15] Сементковский Р.И. Указ. соч.

ЛЮДИ XVIII ВЕКА. "НОВЫЙ СОКРАТ". ДЕНИ ДИДРО. ЧАСТЬ 2



Окончание.
Начало: https://geokhar.livejournal.com/808996.html

Помимо занятия «Энциклопедией» Дидро пишет в 1750–1760-х гг. ещё ряд произведений: «Мысли к истолкованию природы», «Философские принципы относительно материи и движения», «Разговор Д'Аламбера и Дидро», «Продолжение разговора», «Сон Д'Аламбера»,  «Племянник Рамо», «Жак-фаталист и его хозяин», «Салоны», «Элементы физиологии».
Постепенно Дидро всё больше переходит на позиции атеизма, разоблачая в своих работах религию. Уже в 1754 г. он окончательно отбрасывает «гипотезу Божества». Природа для него – огромный механизм, который сам себя заводит. Дидро становится пантеистом, а затем переходит и к атеизму.
Известность Дидро принёс и роман «Монахиня» (1760 г.). Не исключено, что прототипом главной героини стала родная сестра Дидро – Анжелика, ушедшая в монастырь. В романе Дидро по-прежнему критикует религиозный фанатизм и невежество.
Важной вехой в биографии Дидро являются и взаимоотношения с русской императрицей Екатериной Великой. Стремясь проводить политику «просвещённого абсолютизма» Екатерина II переписывалась с французскими мыслителями – с Вольтером и Дидро.
Так узнав о преследованиях энциклопедистов, Екатерина II предлагала Дидро  перенести печатание «Энциклопедии» в Россию, обещая свою помощь и поддержку. Дидро отказался сославшись на отсутствие в России грамотных и необходимых ему наборщиков.
Правда Дидро принял другое предложение русской императрицы. Испытывая финансовую нужду, Дидро задумал продать свою библиотеку в 1765 г. Узнав об этом, Екатерина Великая предложила купить библиотеку у Дидро. Философ затребовал за неё 15 тысяч франков. Русское правительство назначило их Дидро, но с условием, чтобы он оставался библиотекарем собственной библиотеки с ежегодным содержанием в тысячу франков. Правда на следующий год российские власти забыли выплатить это содержание. Тогда Дидро напомнил о нём. Философу сразу выплатили содержание на пятьдесят лет вперёд. Таким образом он получил за свою библиотеку 65 тысяч франков. На эти деньги он даже смог обеспечить и воспитание дочери и её приданное. Уже после мыслителя библиотека была перевезена в Россию и выставлена в Эрмитаже. Но до нашего времени она не сохранилась, будучи распылённой по разным библиотекам.
Позднее Дидро стал консультантом Екатерины Великой по комплектованию Эрмитажа картинами западноевропейских художников. В этом плане велика роль Дидро в культуре России. Именно Дидро рекомендовал Екатерине своего друга, скульптора Фальконе, для сооружения памятника Петру Великому. Есть сведения, что и сама идея сооружения такого памятника принадлежала Дидро[1].
В ходе переписки Дидро и императрицы возникла идея посещения мыслителем России. Правда Дидро был уже стар и раздумывал о возможности такой поездки. Не был доволен и король Франции Людовик XV,  опасаясь, что Дидро начнёт рассказывать в России небылицы.
Но всё-таки философ собрался в дорогу. У него были и свои надежды, связанные с Россией. Одна из них – содействовать политике «просвещённого абсолютизма» в России. Дидро надеялся, что сможет повлиять на императрицу, по всей видимости забывая опыт Вольтера в Пруссии. Также он рассчитывал на переиздание «Энциклопедии» в России.
Поездка его началась в 1773 году. Правда надолго Дидро застрял в Голландии, увлёкшись этой страной. Но вот он и в России. Екатерина II приветливо приняла стареющего философа и почти каждый день беседовала с ним. Дидро становится почётным членом Петербургской академии наук.
Находясь в России, Дидро пишет ряд работ: «Замечания на Наказ её Императорского Величества депутатам Комиссии по составлению законов», «Философские, исторические и другие записки различного содержания», «План университета, или школы публичного преподавания всех наук, для Российского государства».
В этих работах содержался проект социально-политических, правовых и организационно-управленческих реформ, базирующихся на идеях Просвещения. Главная из них: «лишь нация есть подлинный суверен, истинным законодателем может быть лишь народ», в то время как «хороший государь является лишь преданным управителем»[2]. Дидро предложил русской императрице преобразовать Россию в конституционную монархию с рыночной экономикой, отменить сословную структуру, ввести избираемый парламента и Учредительное собрание как законодательный орган и субъект национального суверенитета.
Постепенно у философа укрепилось, на наш взгляд, неоправданное, подозрение, что для Екатерины II он – всего лишь живая диковинка,  с которой можно пообщаться, но советами которой не обязательно руководствоваться. Екатерина II действительно стремилась провести в России реформы, но считала, что страна пока к ним не готова. Об этом свидетельствует, например, попытка созыва Екатериной II Уложенной комиссии в 1767–1788 гг., а также Жалованные грамоты городам и дворянству в 1784 г. (правда Дидро уже не застал это событие).
Тем не менее, Дидро, полагал, что Екатерина Великая просто играет с ним в «просвещённую монархиню».  Разочарование Дидро нарастало, и в конце февраля 1774 г. он уезжает из Петербурга, а в октябре уже прибывает в Париж. Поездка вымотала его, подорвала силы мыслителя. Кроме того, в России он простудился. Фактически во Францию уже вернулся другой человек.
В последние десять лет жизни он уже почти ничего не  публиковал, хотя и продолжал работать над рядом книг («Элементы физиологии», «Царствование Клавдия»), изучал философию Сенеки, идеи которого всё больше стали привлекать философа. Но работает он всё меньше и  меньше, по долгу сидя погрузившись в свои думы и воспоминания.
В начале 1784 г. умерла Софи Воллан. Узнав о её смерти, Дидро в беседе с дочерью выразил пожелание, чтобы и его жизнь скорее пресеклась. Так оно и произошло. Дидро умер 31 июля 1784 года за обедом, когда жена накрывала на стол. Перед смертью он сказал «Первый шаг к философии – неверие».
Биограф Дидро Р.И. Сементковский давал следующую характеристику Дидро: «В нём преобладала одна страсть: все узнать, все изучить. Не было отрасли знания, с которой он не жаждал бы познакомиться. Недаром современники его называли пантофилом, всезнающим. Он действительно был одинаково хорошо знаком и с классическою древностью, и со всеми философскими системами, и с естественными науками, и с математикою, техническими производствами, ремеслами.
Конечно, только благодаря необычайным умственным способностям он мог овладеть всеми отраслями человеческого знания настолько, что каждую из них обогатил гениальною мыслью или блестящим указанием, но даже если бы не было проявлений такой необычайной одаренности, Дидро тем не менее, оставил бы глубокий след в развитии европейской мысли тем, что он, все обняв своим умом, подвел, так сказать, итог всем человеческим знаниям, а вместе с тем и выяснил, над чем надо трудиться будущим поколениям»[3].
В. Виндельбанд отмечал, что Дидро «являлся великой личностью в лучшем смысле слова. Всё его существо горело пламенем гениальности: последняя же коренилась в том идеальном складе его внутренней жизни, который он никогда не утрачивал <…> Он был типом энтузиаста добродетели, как его изобразил Шефтсбери»[4].
Т.Б. Длугач выделяет три аспекта в творческой биографии Дидро. Во-первых, это его статьи в «Энциклопедии». Так, в статье «Скептицизм» он критикует философский догматизм, рассматривая сомнение как верный шаг к истине, а в статье «Эклектика» видит заслугу эклектика в отрицании всяких предубеждений и авторитетов для того, чтобы могло сформироваться собственное мнение[5].
Во-вторых, выработка и изложение собственных философских взглядов. В своих работах Дидро стремится доказать основательность «здравомыслящих» суждений и критикует позицию клерикалов. Философ отстаивает материализм, однако в отличие от материализма Гольбаха или Гельвеция механицизм не стал для него всеобъемлющим. В качестве «единицы» материи он выбирает не атом, а молекулу, качественно отличающуюся от других молекул, т.е. своего рода «материализованную монаду».  При этом не механика, а химия играет для Дидро наиболее важную роль.
Далее, он наделяет молекулу активной силой: если «всякую молекулу следует рассматривать как средоточие трех родов действия: действия тяжести, или тяготения; действия внутренней силы ... действия всех других молекул на нее»[6], то главной причиной действия признается внутренняя сила. Мнение, что «тело само по себе бездеятельно, это ужасная ошибка», полагает философ.
Движение – это проявление внутренней силы, которая бывает не только активной, но и пассивной, пребывая как бы в дремлющем состоянии. Перемещение в связи с этим трактуется не как движение, а только как его результат. Кроме притяжения и движения Дидро приписывает материи чувствительность, которая проявляется на достаточно высоком уровне развития, преобразуясь постепенно в ощущения, восприятие, память, мышление[7].
Критикуя философский идеализм и солипсизм Беркли, Дидро повторяет довод Ламетри о человеческом восприятии как звучании фортепиано, по клавишам которого ударяет сама природа. Одновременно философ отчётливо видит ограниченность механистического понимания. Он постоянно подчёркивает невозможность объяснить появление качественно новых свойств, например, чувствительности или мышления, с позиций механицизма.
Отвергая равным образом преформизм, Дидро высказывает эволюционные идеи: «незаметный червячок, который копошится в грязи, быть может, находится на пути к превращению в крупное животное, а громадное животное, поражающее нас своей величиной, быть может, находится на пути к превращению в червяка».
В-третьих, внимание к «парадоксам» и сократический характер мышления Дидро, особенно проявившийся в его диалогах. Здесь философ не столько даёт готовые решения, сколько ставит сами проблемы. Не случайно четвёртый том юбилейного французского издания сочинений Дидро (1978 г.) носит название «Новый Сократ». Так, в «Парадоксе об актере» Дидро показывает, что актер тем лучше перевоплощается в какого-либо героя, чем более он остается самим собой.
Внутренняя противоречивость основных идей французского Просвещения – природы и воспитания, необходимости и свободы, необходимости и случайности – раскрывается в философских диалогах «Племянник Рамо» и «Жак-фаталист и его хозяин». Диалогическая форма изложения, к которой почти всегда прибегает Дидро, помогает ему наглядно проиллюстрировать вскрываемые им противоречия: разводя противоположности в разные стороны, наделяя ими различных персонажей, он показывает, как в споре друг с другом они сами переходят на противоположные позиции, спорят, т.о., с самими собой.
Так, в «Племяннике Рамо» нарисована картина диалектического взаимодействия «несчастного» (аристократического) и «честного» (буржуазного) сознания, на которое обратил внимание Гегель в «Феноменологии духа». Герой диалога – племянник композитора Ж.-Ф. Рамо отстаивает свою беспринципность, утверждая, что о его пороках «позаботилась сама природа», коль скоро она признается единственным основанием человеческой жизни; воспитание ничего не может изменить, ибо «выгони природу в дверь – она влетит в окно»[8].
И тут философ вопреки своим убеждениям пытается отречься от природы, проповедуя аскетизм. Однако в дальнейшем позиция Рамо оказывается уязвимой – он тоже отрекается от своих взглядов, начиная отстаивать необходимость хорошего (просвещенного) воспитания, переделывающего природу в лучшую сторону.
Диалоги Дидро не были опубликованы при его жизни, так что современники не смогли в должной мере оценить его сократический ум, отмеченный Гёте, Шиллером и Марксом[9].
Значение Дидро в истории философии связано, в первую очередь, с «Энциклопедией», оказавшей влияние как на философскую, так и на политическую мысль того времени. Вместе с тем, Дидро ближе других материалистов подошёл к идее самодвижения материи, которая для него была главным аргументом против существования Бога.  Высказав мысль, что потенциально ощущение является всеобщим свойством материи, Дидро предвосхитил некоторые положения эволюционного учения[10].

М.А. Можейко, размышляя о вкладе Дидро в истории философии, обращается к метафоре самого Дидро, изображающей «необъятную сферу наук... как широкое поле, одни части которого темны, а другие освещены» и эксплицирующей задачи философа как состоящие в том, чтобы «расширить границы освещенных мест или приумножить на поле источники света».
 Философ отмечает, что с учётом и его трудов и создания «Энциклопедии» можно констатировать с полным правом, что Дидро с честью выполнены обе задачи.  Дидро, по мнению М.А. Можейко, «являет собой образец человека, сделавшего все возможное, чтобы воплотить в действительность свои идеалы и "стараться оставить после себя больше знаний и счастья, чем их было раньше"»[11].
Помимо влияния на материализм XVIIIXX вв. Дидро оказал воздействие и на философию постмодернизма. Так, по замечанию М.А. Можейко, для философии постмодернизма Дидро, с одной стороны, выступает символом-персонификатором классической культуры в целом, а с другой – в его философии нередко отыскиваются семантические моменты (например, презумпция парадоксальности), предвосхищающие постмодернистскую стратегию логотомии [12].



[1] Сементковский Р.И. Указ. соч.
[2] Можейко М.А. Дидро / История философии. Энциклопедия. Минск, 2000. С. 318.
[3] Сементковский Р.И. Указ. соч.
[4] Виндельбанд В. История новой философии в её связи с общей культурой и отдельными науками. Том 1. От Возрождения до Просвещения. СПб., 2000. С. 436.
[5] Длугач Т.Б. Дидро / Новая философская энциклопедия в 4 тт. М., 2010. URL:  https://iphlib.ru/library/collection/newphilenc/document/HASH01bef374ba72aabdac2e9dbe
[6] Цит. по: Длугач Т.Б. Дидро / Новая философская энциклопедия в 4 тт.
[7] Длугач Т.Б. Дидро / Новая философская энциклопедия в 4 тт.
[8] Цит. по: Длугач Т.Б. Дидро / Новая философская энциклопедия в 4 тт.
[9] Длугач Т.Б. Дидро / Новая философская энциклопедия в 4 тт.
[10] Антисери Д., Реале Д. Западная философия от истоков до наших дней. От Возрождения до Канта. СПб., 2002. С. 632.
[11] Можейко М.А. Указ. соч. С. 221.
[12] Можейко М.А. Указ. соч. С. 221.