January 14th, 2020

ЛЮДИ XVIII ВЕКА. «ПРОСВЕТИТЕЛЬ-ЕРЕТИК». ЖАН-ЖАК РУССО. Часть 1.



Философия Просвещения не была чем-то однородным. И если большинство её мыслителей говорило о движении по пути прогресса, то имели место и иные мнения. Здесь как раз можно вспомнить Жан-Жака Руссо (1712–1778 гг.). 
Родился он  28 июня 1712 года в Женеве, в семье часовщика – Исаака Руссо. Отец будущего мыслителя на несколько лет оставил жену и уехал в Константинополь на заработки. Ему удалось быть часовщиком даже при дворе турецкого султана[1]. Мать философа – Сюзанна Бернар, одарённая и жизнерадостная женщина, отличавшаяся независимым характером, оставалась верна своему мужу.
После возвращения Исаака на свет появился Жан-Жак Руссо. Но Сюзанна умерла через несколько дней после рождения сына. Поэтому отцу пришлось одному воспитывать сына. Они вместе зачитывались жизнеописаниями Плутарха и иными книгами. Как-то Руссо, начитавшись о римском герое Муции Сцеволе[2], обжёг себе руку на жаровне. Читал он и других античных авторов. Например, Овидия. Греческие и римские авторы уводили его в прекрасный мир героев, борцов за свободу (в его представлении). Он мнил себя то Брутом, то Аристидом или ещё кем-то из античных героев. Классические авторы учили бороться и страдать, любить и родину и свободу и ненавидеть тиранию[3]. Входила в круг чтения мальчика и французская литература. В целом, он был впечатлительным, мягким и добрым по природе.
В свою очередь, его отец – Исаак Руссо был человеком очень раздражительным, обидчивым, вспыльчивым и отличался непостоянным характером. Когда мальчику было 12 лет, Исаак Руссо на охоте затеял ссору с французским капитаном Готье и ранил того шпагой. Суд приговорил его к трём месяцам тюрьмы, штрафу и церковному покаянию. Не желая подчиниться решению суда, он бежал в Нион, ближайшее к Женеве местечко, оставив 10-летнего сына на попечение брата своей покойной жены. Помимо отца, воспитанием мальчика усердно занимались его тётки – Госерю и Ламберсье. Вспоминая их с теплотой в своей «Исповеди» Руссо отмечал впоследствии, что за детьми короля так не ходили, как за ним две его тётушки[4].
Покинув пастора, которому Жан-Жака отдали на воспитание родственники, он начал жизнь, полную невзгод и лишений. Он был писцом у нотариуса, учился у гравера, служил лакеем. То обстоятельство, что он в юности был ремесленником, сыграло свою роль в будущем. Оно сблизило Руссо с трудовым народом, повлияло на его мировоззрение. Не случайно, если Вольтер в своих трудах обращался к аристократам, то Руссо был ориентирован на простой народ.
При том, не смотря на серьёзную загруженность, молодой человек находил время для чтения. Вместе с тем, не найдя применения своим силам и способностям, отправился странствовать в шестнадцать лет. Юноша бродит по восточной Франции, Швейцарии, Савойе.  Тем более, что ему очень нравилась с детства природа. Она вдохновляла и умиротворяла его.
В дороге он встречается с католическим священником Понверром, под влиянием которого отходит от протестантизма. По рекомендации Понверра Жан-Жак познакомился в Аннеси (главном городе Верхней Савойи) – с 28-летней швейцарской дворянкой Луизой де Варане, получавшей пенсию от короля за принятие католичества. Занимаясь вербовкой в католичество молодых людей, госпожа де Варане направила молодого человека в Турин, в приют для новообращенных.
Выучившись в Турине, Руссо оставляет приют и поступает лакеем сначала к старой, больной аристократке, а после её смерти в другом аристократическом доме. Здесь к нему отнеслись с большим участием. Сын хозяина дома учил вместе с ним итальянский и латынь, читал Вергилия. Однако, не поблагодарив хозяев, Руссо вскоре вновь отправился странствовать. После некоторых скитаний он оказывается вновь у госпожи де Варане, принявшей его в свой дом и ставшей его покровительницей. Между ними начинают устанавливаться близкие, сердечные отношения. Кроме того, госпожа де Варане научила молодого человека правильно писать, говорить языком образованных людей и, насколько он к этому был восприимчив, держаться по-светски
Но у Руссо был конкурент – швейцарец Клод Анэ, управляющий делами де Варане и её возлюбленный. Юноша несколько раз покидал дом своей возлюбленной, но после мытарств возвращался к  своей покровительнице. Он даже старался установить тёплые отношения со своим конкурентом. В свою очередь и де Варане, боясь потерять Руссо, делала всё возможное, чтобы сглаживать отношения в этом треугольнике. Только после смерти Клода Анэ между Жан-Жаком и Луизой де Варане устанавливается своеобразная идиллия любви и счастья.
Де Варане сняла замок в горной долине, среди чудесной зелени, виноградников, цветов, в котором Руссо, по его воспоминаниям, провёл три лучших летних месяца, наслаждаясь радостями жизни и определяя свои умственные интересы. Он много читает. Среди его интересов физика, химия, астрономия латинский язык. А также и философия. Юноша с интересом штудирует труды Декарта, Локка, Лейбница, Мальбранша, Ньютона, Монтеня. Юноша берёт уроки в музыке. Впоследствии за свою оперу «Сельский колдун» он получил королевскую пенсию, которой, впрочем, не воспользовался[5].
В целом, за время общения с де Варане Руссо достиг серьёзных результатов в философии, естествознании, педагогике и других науках. В одном из писем к отцу он так выразил суть своих научных занятий: «Я стремлюсь не только просветить ум, но и воспитать сердце к добродетели и мудрости»[6].  Да и сама де Варане старалась направить своего возлюбленного в его занятиях науками.
В 1740 году взаимоотношения между Руссо и де Варане ухудшились, и он вынужден был покинуть свое многолетнее пристанище. Переехав в Лион, Руссо нашел здесь место воспитателя детей в доме господина Мабли – главного судьи города. Но работа домашнего воспитателя не приносила ему ни морального удовлетворения, ни материальных благ. Через год Руссо снова вернулся к де Варане, но уже не встретил прежнего расположения. По его словам, он почувствовал себя лишним «возле той, для которой когда-то был всем».
Разойдясь с де Варане, осенью 1741 года Руссо переехал в Париж. Первое время он серьезно рассчитывал на успех своего изобретения — новой нотной системы. Но действительность разбила его надежды. Изобретенная им нотозапись в цифрах, представленная в Парижскую академию наук, не встретила одобрения, и ему вновь пришлось рассчитывать на случайные заработки. Он пишет небольшую книгу «Рассуждение о современной музыке» (1742 г.), но она фактически осталась незамеченной. В течение двух лет Руссо перебивался перепиской нот (впоследствии эта работа стала его основным трудом, позволяющим зарабатывать на жизнь), уроками музыки, мелким литературным трудом.
В течение некоторого времени Руссо жил изо дня в день, сокращая на сколько возможно свои расходы, но не особенно беспокоясь о том времени, когда деньги могут иссякнуть. Время он проводил за игрой в шахматы, и в заучивании наизусть латинских стихов, которых он, однако, не мог удержать в памяти; изредка молодой человек посещал драматический театр или оперу[7].
Вместе с тем, пребывание в Париже расширило его связи и знакомства в литературном мире, открыло возможности для духовного общения с передовыми людьми Франции. Руссо познакомился с Дидро, Мариво, Фонтенелем, Гриммом, Гольбахом, Д'Аламбером.
Наиболее теплые дружеские отношения установились у него с Дидро. В нём он нашёл в тот период настоящего друга. Блестящий философ, также как Руссо, увлекался музыкой, литературой, страстно стремился к свободе. Оба они были чувствительными, имели боевой темперамент и были склонны к парадоксам.
Но мировоззрение у них было разное. Дидро был философом-материалистом, атеистом, занимавшимся главным образом разработкой естественнонаучного мировоззрения. Руссо же находился во власти идеалистических взглядов, перенося все своё внимание на социально-политические вопросы. Какое-то время у него была тяга к религии, и Руссо беседовал с де Варане на подобные темы.
Однако в конце 1760-х гг. происходит конфликт между друзьями на почве идейных разногласий. Хотя среди причин можно добавить и взрывной характер Руссо, порой склонного к конфликтам. Особенно это проявилось в последние годы его жизни.
Находясь в крайне стесненных материальных условиях, Руссо пытался найти путь к более обеспеченной жизни. Знакомый патер-иезуит посоветовал Руссо попытаться поискать помощи у женщин. Без них, по его словам, «в Париже нельзя выдвинуться». Он дал Руссо рекомендации к нескольким дамам высшего света: к г-же де-Безенваль и дочери ее, маркизе де-Брольи[8].
В 1743 году через посредство госпожи де Брольи Руссо получил должность секретаря французского посланника в Венеции. Около года Руссо добросовестно выполнял свои обязанности. Венеция, подобно Женеве, была суверенным городом, управлявшимся гордой, искусной в управлении аристократией; подобно Женеве, она имела республиканскую конституцию, льстившую народному воображению и удовлетворявшую его, в то время, как в действительности власть находилась в руках патрициев. Сфера деятельности Руссо пробудила в нем интерес к политике; внимание его особенно занимал общий вопрос о влиянии политических установлений на человеческую жизнь. В целом, пребывание в Венеции оказало существенное влияние на мировоззрение Руссо.
В свободное от занятий время он знакомился с итальянской музыкой и собирал материал для книги о государственном управлении. Однако высокомерное и грубое обращение посланника графа де Монтэгю вынудило Руссо оставить дипломатическую службу и вернуться в Париж. Конфликт с Монтегю, как и многие иные конфликты в его жизни, ещё больше усиливали в нём чувство обиды, что также потом сказалось на характере Руссо.
В столице мыслитель сошёлся с молодой белошвейкой Терезой Левасеер, которая, по его словам, обладала простым и добрым нравом. Правда мыслитель предупредил её, что не собирается официально жениться на ней  и девушка приняла его условия.   Руссо прожил с ней 34 года, фактически до конца своих дней. Он пытался развить ее, обучить грамоте, однако все усилия его в этом направлении оставались бесплодными.
Часто биографы Руссо писали негативно о Терезе Левасеер. Действительно, у неё было много недостатков: ограниченность, ревнивость (порой не беспочвенная), болтливость. Бывали в их отношениях и охлаждения.
Но Рональд-Гольст пытается взять под защиту жену Руссо: «Она была хлопотливой, внимательной хозяйкой, заботившейся о материальной стороне его жизни, содержавшей в порядке дом, где друзья его всегда находили радушный прием и простую, но вкусно приготовленную еду. Она была его верной сиделкой, без ухода которой он не мог обойтись ни одного дня, кода припадки физической немощи, всегда ухудшавшиеся зимой, делали его инвалидом на долгие месяцы. Она была его покорной, нежно привязанной к нему подругой в те годы, когда измена друзей, коварные выпады Вольтера, преследования правительства и травля швейцарского протестантского духовенства смущали и расстраивали его легко уязвимую душу. Была ли это любовь или нет? И была ли эта любовь плюсом в его жизни или минусом? Одна область его жизни находилась вне ее сферы: это был мир его мыслей, его умственная деятельность». В любом случае, действительно Тереза Левасеер повсюду следовала за своим мужем, хотя много раз могла и оставить его.
«Женитьба» на Терезе Левасеер привела к постепенному отчуждению Руссо и части его друзей. Ведь у них всех подруги, любовницы, жёны были из аристократических образованных семейств. Контраст был очевиден, и это не могло не вести к охлаждению в общении с друзьями. Правда и сам Руссо часто чувствовал себя неуверенным в среде многочисленных знакомых и друзей из высших слоёв общества. Его существо оставалось внутренне чуждым этой среде, где царила бездушная роскошь.
У Руссо было пятеро детей, от которых он, однако отказался из-за материальных обстоятельств. Дети были отданы в приют, где, по мнению Руссо, их пребывание было бы менее опасным. По поводу связи с Терезой Левассёр существуют разные мнения. Многие биографы полагали, что для Руссо эта связь была несчастием. Сам Руссо в «Исповеди» писал, что Тереза Левассёр была для него утешением.
Правда мыслитель увлекался и другими женщинами, что огорчало Терезу. Особенно страстной была для Руссо любовь к Софи Д'Удето. Руссо даже переселился в Эрмитаж (имение близ Сен-Дени), желая быть по ближе к объекту своей страсти. Руссо здесь, с одной стороны, наслаждался природой, много размышлял, но и предавался страсти к  Софи Д'Удето, посещая её часто и объясняясь ей в любви. При том, что её возлюбленный и друг Руссо – поэт Сен-Ламбер находился в это время в армии. Извещённый друзьями Сен-Ламбер вынужден был вернуться. В идеализированном виде Руссо описал эту историю в романе «Новая Элоиза».
Но жизнь Руссо не только связана с посещением салонов, любовными интригами, общением с Терезой и т.п. В 1749 г. арестовывают Дидро.  Руссо обратился даже к фаворитке короля – мадам Помпадур, ходатайствуя об освобождении друга. Однажды, идя от друга и размышляя о происходящем вокруг, Руссо начал читать газету, в которой наткнулся на объявление дижонской академии с премией на тему: «Содействовало ли возрождение наук и искусств очищению нравов или их падению?». Произошло чудо. Это объявление словно всколыхнуло Руссо.  На него словно нашло озарение. Это объявление словно всколыхнуло все его мысли, что накапливались в нём раньше. Весь этот поток идей, вылился на страницах работ Руссо.
В 1750 г. он участвует в конкурсе, объявление о котором прочёл в газете. Руссо пишет работу в которой одним из первых констатирует расхождение между научно-техническим прогрессом, и состоянием человеческой нравственности. Мыслитель выделяет ряд противоречий исторического процесса, а также то, что культура противостоит природе. Парадокс работы состоял в том, что сам Руссо с юности стремился к образованию, но в 1750 г. он констатирует, что образование есть уклонение от естественного, т.е. нормального состояния человечества.
Безусловно, в век Просвещения, когда уже господствовали идеи прогресса, мысли высказанные в сочинении, могли показаться «еретическими». Правда некоторые руссоведы считают, что эти идеи были подсказаны мыслителю его другом Дидро[9].
Руссо сразу стал известным. Как отмечает В. Виндельбанд, работа Руссо сразу обосновала его европейскую славу и поставила его в один ряд с наиболее прославляемыми и читаемыми писателями Франции[10]. Писатели хвалили его стиль; философы отмечали чрезвычайную смелость его мысли, хотя некоторые и качали головами над его выпадами против науки. А для публики это оказалось всего лишь приятным разнообразием в её обычном чтении. Но работа вызвала и полемику. Последовал ряд критических статей, в том числе даже король Польши написал по поводу книги Руссо. Мыслитель смело вступил в полемику, отвечая на вопросы, развивая свои идеи.
Через пять лет он вновь пишет работу на конкурс для Дижонской академии: «Рассуждение о происхождении и основаниях неравенства между людьми». Здесь его занимает вопрос об отчуждении. В первую очередь, речь идёт об отчуждении человека от человека. Позднее эти идеи мыслитель разовьёт в трактате «Об общественном договоре, или Принципы политического права» (1762 г.).
Свои философские идеи Руссо развивает и в романах. В 1757–1760 гг. философ работает над романом в письмах «Юлия, или Новая Элоиза». Главная идея романа – непреодолимое могуществе свободной любви, не знающей сословной розни и лицемерия. Книга принесла большой успех автору. Роман принёс большую популярность Руссо. Книгой зачитывались представители различных слоёв общества. Как отмечает в своих лекциях Т.Б. Длугач. Маркизы забывали о предстоящих балах, погрузившись в чтение этого романа, а швеи переставали выполнять свою работу.
В следующем романе «Эмиль, или О воспитании» (1762 г.) мыслитель стремится показать порочность феодально-схоластической системы воспитания и излагает идею новой демократической системы, способной формировать и выращивать трудолюбивых и добродетельных граждан. Книга также была встречена одобрительно, в том числе и такими мыслителями Европы, как Гёте, Гердер и Кант.
Принимает он участие и в знаменитой «Энциклопедии», которую редактировали его друзья (Дидро и Д'Аламбер), где пишет статьи по политическим, экономическим и иным вопросам. Однако постепенно усиливается расхождение между Руссо и его друзьями-просветителями. Многие из них не понимают его образа жизни. Это связано и с его семьёй, и с тем, что он, отказавшись от богатой должности кассира стал работать переписчиком нот.
Многие философы-просветители – выходцы из аристократических или обеспеченных семейств. И хотя Руссо вхож в этот круг благодаря своему уму, своим талантам, но он здесь явно выглядит чужим. Непонятны и его идеи о возможном регрессе. И это в эпоху веры в прогресс! Часть  его друзей не чуждается гедонистического образа жизни, а Руссо живёт скромно. Непонятны и его попытки уезжать из города и жить где-то в загородных имениях, в лесу, занимаясь там творчеством.
В свою очередь, напряжённая работа усиливает нервное расстройство Руссо. Ему всё больше начинают мерещиться заговоры, угрозы. Особенно в ситуации, когда друзья начинают отворачиваться от него. Стали расходиться пути и с Дидро и другими энциклопедистами. Некогда Руссо любил Вольтера, восхищался им. Но теперь и здесь произошло отчуждение. Руссо написал послание в котором заявил Вольтеру, что тот развратил своими идеями Женеву. В свою очередь Вольтер назвал Руссо «глупцом» и мошенником».
Окончательный разрыв происходит после публикации в седьмом томе «Энциклопедии» статьи Д’Аламбера «Женева» и критического ответа Руссо «Письмо Д’Аламберу о зрелищах», в котором он резко выступил против восхваления Д’Аламбером театральных представлений как одного из главных орудий нравственного воспитания[11].

Окончание: https://geokhar.livejournal.com/808531.html



[1] Рональд-Гольст Г. Жан-Жак Руссо. Его жизнь и сочинения. URL: http://lit-prosv.niv.ru/lit-prosv/ronald-golst-russo/index.htm
[2] Согласно преданию, Муций Сцевола пробрался в лагерь этрусков, осаждавших Рим, чтобы убить их царя Порсённу. Схваченный, Сцевола заявил, что если его убьют то в след за ним к этрускам будут приходить один за другим триста римских юношей, чтобы убить их царя. В доказательство своей правоты Муций Сцевола поднёс руку к огню.
[3] Рональд-Гольст Г. Указ. соч.
[4] Мусский И.А. Жан-Жак Руссо / Мусский И.А. Сто великих мыслителей. URL: http://www.uhlib.ru/filosofija/100_velikih_myslitelei/p50.php
[5] Длугач Т.Б. Руссо Ж.-Ж. / Новая философская энциклопедия в 4 томах. М., 2010. URLhttps://iphlib.ru/library/collection/newphilenc/document/HASH6040211a96bec4aab3e060
[6] Цит. по: Мусский И.А. Указ. соч.
[7] Рональд-Гольст Г. Указ. соч.
[8] Рональд-Гольст Г. Указ. соч.
[9] Можейко М.А. Руссо Ж.-Ж. / История философии. Энциклопедия. Минск, 2002. С. 917. 
[10] Виндельбанд В. История новой философии. Том 1. От Возрождения до Просвещения. М., 2000. С. 448.
[11] Можейко М.А. Указ. соч. С. 917.

ЛЮДИ XVIII ВЕКА. «ПРОСВЕТИТЕЛЬ-ЕРЕТИК». ЖАН-ЖАК РУССО. Часть 2.


Окончание.
Начало: https://geokhar.livejournal.com/808317.html

Наибольшую славу Руссо принёс, безусловно, трактат «Общественный договор».  После выхода в свет этого произведения, как и «Эмиля»,  королевский суд приговорил оба произведения к сожжению и издал постановление об аресте Руссо. Мыслитель вынужден был бежать в Швейцарию. Узнав о возможном аресте от высокопоставленных покровителей, Руссо всё-таки протянул ещё день. А уже на следующий день, когда он направился из Парижа, то на дороге встретил посланных за ним судебных приставов. Последние с ним вежливо раскланялись.
Оказавшись в Швейцарии (1764 г.), мыслитель и там не нашёл покоя, поскольку женевские власти также осудили «Эмиля» и «Общественный договор» и запретили автору появляться пределах Женевского округа. Руссо нашёл прибежище в Невшателе, представлявшем собой небольшое княжество Нейнбургское, находившееся под властью прусского короля Фридриха Великого. Король Пруссии приказал губернатору пойти навстречу «французскому изгнаннику».
Здесь Руссо прожил два года, сначала больше отдыхая на лоне прекрасной природы. Но вскоре и эти места мыслитель вынужден был покинуть из-за преследований властей. Дело в том, что отвечая на нападки женевских пасторов, Руссо поглумился над Кальвином – одним из основателей протестантизма. Этого ему не могли простить и в Невшателе.
Философ едет в Страсбург, но и там ему отказывают в пристанище. Тогда он  прибыл в Лондон по приглашению английского мыслителя Юма. Однако Руссо начинает не доверять даже Юму и обвиняет последнего в попытках отравить его.
Рассорившись с Юмом, Руссо в мае 1767 г. покидает Англию. Его охватывает всё больше мания преследования. Французские друзья подыскивают ему всё новые укромные уголки, где бы он с женой мог спокойно отдыхать и работать. Но Руссо нигде не находит успокоения, буквально скитаясь по Франции. Чувство одиночества и болезненный страх внезапного нападения беспрерывно мучают и угнетают его. Мыслитель уже давно рассорился с Дидро и энциклопедистами, неприязненно относится к Вольтеру, прекратил дружбу с Юмом.
На какое-то время он обосновался на юге Франции. Посетив могилу де Варане, Руссо в 1768 г. решает остаться в этих местах. Сюда он перевозит Терезу и обосновывается в маленьком городке Вургоэне, лежавшем между Лионом и Шамбери. Здесь Руссо через двадцать лет совместной жизни с Терезой, решает закрепить их отношения браком. Но затем вновь Руссо с Терезой кочует по Франции.
Наконец он опять оказывается в Париже (1770 г.), обосновавшись на улице Плятриер (сейчас улица Руссо). Тем более, что французское правительство старалось воздерживаться от репрессий в связи с женитьбой дофина Людовика (будущего короля Людовика XVI) на австрийской эрцгерцогине Марии-Антуанетте. Руссо к своему удовольствию свободно появляется на улицах Парижа, посещает друзей и знакомых.
В последние годы жизни Руссо уже не вынашивает больших творческих планов. Он больше обращается к себе, своей личности. Мыслитель дорабатывает свою знаменитую «Исповедь», а с ней пишет очерк «Руссо судит Жан-Жака», диалоги. Последним произведением философа становится работа «Прогулки одинокого мечтателя». Некоторые исследователи полагают, что в своих последних произведениях («Исповедь», «Диалог», «Прогулки одинокого мечтателя») Руссо является одним из предтеч экзистенциализма[1].
Голландская писательница и переводчик Г. Рональд-Гольст так писала о последних годах жизни мыслителя:  «Жизнь его была распределена точно и равномерно. Утренними часами он пользовался для переписки нот и сушки, сортировки и наклеивания растений. Он делал это очень аккуратно и с величайшей тщательностью, приготовленные таким образом листы он вставлял в рамки и дарил тем или другим из своих знакомых. Он стал снова заниматься музыкой и сочинил в эти годы множество небольших песенок на данные тексты, он назвал этот сборник «Песни утешения в горестях моей жизни».  После обеда он отправлялся в какое-нибудь кафе, где читал газеты и играл в шахматы, или делал большие прогулки в окрестностях Парижа, он до конца оставался страстным любителем прогулок пешком».
В мае 1778 года маркиз де Жирарден предоставил в распоряжение Руссо особняк в Эрменонвиле, вблизи Парижа. Переселившись в это прекрасное предместье, он продолжает вести прежний образ жизни, совершает утренние прогулки, встречается со знакомыми и почитателями.
2 июля 1778 года, вернувшись домой после продолжительной прогулки, Руссо почувствовал острую боль в сердце и прилег отдохнуть, но вскоре тяжело застонал и упал на пол. Прибежавшая Тереза помогла ему подняться, но он снова упал и, не приходя в сознание, скончался. Скоропостижная смерть и обнаружение кровоточащей раны на лбу дали повод слуху, что Жан Жак Руссо покончил жизнь самоубийством[2].
11 октября 1794 года, прах Руссо был торжественно перенесен в Пантеон и положен рядом с прахом Вольтера. Можно сказать, что смерть в какой-то степени примирила этих двух мыслителей.
«Остров тополей» в Эрменонвиле, где был похоронен Руссо, стал местом паломничества. У его могилы можно было встретить Марию Антуанетту, адвоката из Арраса Максимилиана Робеспьера, и будущего императора Наполеона.
В. Виндельбанд писал о творчестве мыслителя: «Его научное образование было недостаточно, его философское мышление поверхностно, его логика очень не выдержана. Однако его стиль был настолько же блестящ и увлекателен, как стиль Вольтера, и он даже превосходил Вольтера манерой писать, чарующей силой вдохновения, проникающего все его сочинения»[3]. И далее, отмечая  культурно-философское значение идей Руссо, Виндельбанд пишет: «он, как никто другой, философски формулировал культурную проблему современного мира»[4].
Мы уже отмечали, что между Руссо и просветителями было много расхождений. Так, французские просветители преимущественно связывали социальный, в том числе и нравственный, прогресс с прогрессом науки, Руссо попытался доказать, что спутниками нравственности являются скорее именно наивная простота и даже невежество, нежели образованность и учёность[5]. «Естественному состоянию» Руссо противопоставляет «общественное», природе – цивилизацию и утверждает, что чем ближе человек к природе (где нет промышленности, наук и искусств), тем он чище и добродетельнее. Этой критике цивилизации Руссо остался верен на всю жизнь.
Философ остро обозначил проблему, что все приобретения науки прошли бесследно для социальных нужд, а усложнение жизни делает человечество более несчастным. Несмотря на все науки и искусства, ничто на свете не стало лучше: распущенное и разрозненное общество держится лишь путём искусственного обмана относительно своего давно нарушенного равновесия.
В трактате «Рассуждение о происхождении и основаниях неравенства между людьми», причиной социального неравенства признается частная собственность, возникающая на определенной ступени развития общества: в естественном состоянии «не было ни домов, ни хижин, ни какого бы то ни было рода собственности». Возникновение собственности связано с личным трудом и первоначальным захватом земли, ископаемых, озер и т.д.
Руссо пишет: «Первый, кто огородил участок земли, придумал заявить «Это мое!» и нашел людей, достаточно простодушных, чтобы тому поверить, был подлинным основателем гражданского общества». Возрастание неравенства мыслитель связывает также с совершенствованием орудий труда, благодаря которому стало возможным не убивать военнопленных, а превращать их в рабов.
Подчеркивая преимущества «естественного состояния», Руссо возражает тем, кто, как Гоббс, полагает, что человек от природы зол и что в первобытном состоянии существует «война всех против всех»: «дикари не злы как раз потому, что не знают, что значит быть добрыми, ибо не развитие познания и не узда закона, а безмятежность страстей и неведение порока мешают им совершать зло». Однако, считая «естественное состояние» идеалом человеческого общества, Руссо хорошо понимал, что вернуться к нему нельзя.
Позднее, в статье для Энциклопедии «О политической экономии», написанной в том же 1755 г. Руссо утверждает, что «право собственности – это самое священное из прав граждан и даже более важное в некоторых отношениях, чем свобода». Гражданское общество должно основываться на собственности, «может быть, потому, что собственность – это истинное основание и истинная порука в обязательствах между людьми». Только владение собственностью превращает индивида в ответственного члена общества, только на частной собственности вырастают гражданское общество и правовое государство.
Наиболее полно свои социально-политические воззрения Руссо, как уже отмечалось, развивает в трактате «Об общественном договоре». В отличие от других концепций общественного договора XVIIXVIII вв. Руссо видит цель договора в построении гражданского общества. Это не договор правителя с подданными или высшего лица с низшими, а договор равных лиц друг с другом, или же общества как целого с каждым из его членов, когда «все они принимают на себя обязательства на одних и тех же условиях и все должны пользоваться одинаковыми правами».
Главные понятия трактата – «суверен» и «общая воля». «Сувереном», т.е. тем, кто несет на себе бремя законодательной власти, объявляется народ; власть суверена неделима и неотчуждаема. Депутаты в любом государственном представительстве признаются лишь уполномоченными народа, обладающими только совещательным голосом. Понятие «общей воли» приобретает исключительное значение. Она соблюдает интересы всего общества. Ей противостоит воля всех, которая представляет частные интересы, она – сумма изъявлений воли частных лиц. Общая воля возникает, когда отбрасываются «взаимно уничтожающиеся крайности».
Акты принятия законов есть «акты общей воли», и для принятия их народом требуется собрание всех граждан вместе. Руссо здесь ссылается на Афины и Рим, хотя подразумевает и современные ему государства и территории (напр. остров Корсика).
При этом Руссо сомневается в возможности народа быть законодателем. «Все в равной мере нуждаются в поводыре», пишет он. И народу, по его мнению, необходим законодатель, понимающий человеческие слабости, но не подверженный ни одной из них. Здесь мы видим своеобразный вариант просветительской концепции мудрого философа-воспитателя.
Из разных форм правления Руссо предпочитает аристократию, однако имея в виду не сословные, а духовные преимущества. При этом, когда монархия превращается в деспотию, Руссо допускает свержение деспотизма. Крайними средствами он считал революцию, и диктатуру. Но, по его мнению, они должны быть кратковременны: «никогда не следует приостанавливать священную силу законов, если дело не идет о спасении отечества».
Важное место в социально-политических и философских взглядах Руссо занимает и проблема воспитания. Несмотря на идеализацию прошлого, природного состояния, Руссо понимает, что вернуться к нему невозможно. Здесь и важна роль воспитания. Оно, по мнению мыслителя, должно следовать не искусственным потребностям, культивируемым цивилизацией, но потребностям, заложенным в человеке первозданной природой. Это прежде всего чувства любви и сострадания, из которых вырастает совесть. Все люди равны от природы, детей надо воспитывать, лишь исходя из их индивидуальных и возрастных особенностей.
Воздействие идей Руссо на философов, политических деятелей, литераторов, историков было огромным – влияние его испытали Гёте и H.M.Карамзин, Л.Н.Толстой и И.Песталоцци, Жорж Санд и Робеспьер.
Фактически идеи Руссо легли в основу Великой Французской революции. Не случайно, в 1789 г. был по сути установлен настоящий культ Руссо, его прах был перенесен в Пантеон. Воззрения Руссо на гражданское общество послужили ориентиром для демократических реформаторов[6].




[1] Можейко М.А. Указ. соч. С. 918.
[2] Мусский И.А. Указ. соч.
[3] Виндельбанд В. Указ. соч. С. 448.
[4] Виндельбанд В. Указ. соч. С. 449.
[5] Длугач Т.Б. Указ. соч.
[6] Длугач Т.Б. Указ. соч.