January 9th, 2020

ЛЮДИ XVIII ВЕКА. "ФЕРНЕЙСКИЙ МУДРЕЦ". ВОЛЬТЕР


Наверное одним из наиболее ярких представителем эпохи Просвещения был Франсуа Мари Вольтер (1694–1778 гг.). По замечанию В. Виндельбанда, ученик иезуитов, он со временем сделался неудобным для своих учителей. Правда если Ш.-Л. Монтескьё – представитель того же поколения просветителей, что и Вольтер (условно  говоря, «первой волны), был больше политическим философом и социологом, то Вольтера можно отнести к публицистам. Но публицистам ярким.
Родился будущий великий философ 21 ноября 1694 года в Париже. Правда предки его происходили с юго-запада Франции, славившегося своим свободомыслием, давшим Франции уже такие имена как М. Монтень, и более старший современник мыслителя – Монтескьё. Предки Вольтера занимались на юго-западе торговлей и различными ремёслами. Но дед Вольтера перебрался в Париж, занявшись торговлей сукнами[1].
Отец Вольтера сделал карьеру на государственной службе. Будучи сначала нотариусом, а затем – чиновником казначейства, он смог на свои доходы приобрести дворянский титул. Более того, он ещё и удачно женился на дочери мелкопоместного дворянина. В их семье было пять детей. Будущий мыслитель был пятым и последним ребёнком. Таким образом семья сочетала как деловые связи (по линии отца), так и личные (со стороны матери) с некоторыми влиятельными аристократическими семействами..
При рождении его назвали Франсуа Мари Аруэ. Но через 24 года он взял псевдоним Вольтер (1718 г.), под которым и вошёл в историю. До сих пор ведутся споры о происхождении псевдонима.
Отец очень надеялся, что мальчик пойдёт по его стезе, избрав судейскую карьеру. Тем более, что у семьи были связи и Вольтер мог рассчитывать на покровительство титулованных особ. Кроме того, будучи сторонником янсенизма, отец Вольтера решил воспитывать мальчика в духе ортодоксального католического учения. В семилетнем возрасте Вольтер лишился матери, и воспитание мальчика взял в свои руки его крестный отец аббат Франсуа Кастанье де Шатонеф.
Будущий философ уже с детства воспитывался в духе свободомыслия, присущем французским аристократам, недовольных абсолютизмом короля. Аббат де Шатонеф принадлежал  движению либертенов, сторонники которого скептически относились к абсолютистскому режиму и церковному ханжеству, и он, соответственно, не думал делать из своего крестника благочестивого католика. Уже трёхлетнему мальчику аббат читал вольнодумную сатирическую поэму «Моизада». Франсуа Мари заучил её наизусть. После этого, началось знакомство с разными стихами, в которых было много вольнодумства. У мальчика был литературный дар, и начав писать стихи, он вдохновлялся именно такой литературой.
В десять лет мальчик становится учеником коллегии Людовика Великого, находившейся в ведении иезуитов. В колледже Франсуа Мари показал себя, с одной стороны, одним из лучших учеников, с другой стороны, он высказывал порой сомнения в христианских истинах и читал соответствующие вольнодумные книги. Опасаясь своего исключения, молодой человек превратился в «одного из самых набожных учеников»[2].
Однако он сохранил свои взгляды, скептически относясь к тому, чему его учили иезуиты. В двенадцать лет Франсуа Мари Аруэ был введён своим крестным отцом в «общество Тампль». Это был один из самых значительных кружков парижских либертенов. Вдохновителем кружка являлся герцог Филипп де Вандом – военачальник, брат Луи Жозефа де Вандома – прославленного полководца Людовика XIV, а также глава Ордена Мальтийских рыцарей. Участие в этом кружке ещё больше повлияло и на литературное творчество будущего философа и на его взгляды.
Окончив в 1713 г. коллегию, Франсуа Мари всё больше думает о карьере писателя, что вызывает конфликты с отцом, желающим, чтобы сын стал юристом. Франсуа Мари сначала идёт на временные уступки, работает в одной из юридических контор. Но желая прославиться как поэт, он отправляет на объявленный Академией конкурс благочестиво-верноподданническую «Оду на обет Людовика XIII», которую юноша пишет по всем правилам классической поэтики.
Однако Академия присуждает первенство другому претенденту, поскольку у того были влиятельные покровители среди учёных. Франсуа Мари счёл это решение несправедливым, и написал сатирическую поэму «Трясина», посвящённую руководству Академии. Благодаря этой поэме Вольтер стал знаменит. Сочинение расходилось в рукописях по стране и даже попало в Голландию, где его начали издавать эмигранты.
У Вольтера нашлись покровители среди знатных особ. Давний знакомый семьи – маркиз де Комартена укрыл юношу в своём замке. Укрываясь у своего покровителя, Вольтер много беседует с ним о временах правления Генриха IV и Людовика XIV, что даёт ему новые импульсы для творчества.
Избежав первый раз опалы, Франсуа Мари Аруэ всё-таки попадает в тюрьму после смерти Людовика XIV, во времена регентства герцога Филиппа Орлеанского. Написав на последнего сатирическое произведение, он оказывается в Бастилии (1717–1718 гг.). Находясь там, юноша пишет трагедию «Эдип» (в соответствии с канонами классицизма — в стихах), замысел которой созрел давно, и работает над «Поэмой о Лиге».
Влиятельные друзья помогли ему выйти на свободу через одиннадцать месяцев. Примерно через полгода молодому писателю удаётся поставить на парижской сцене и своего «Эдипа». Это был по настоящему первый триумф Франсуа Мари Аруэ. Его даже представили регенту, на которого он ещё недавно писал сатирическое произведение. Франсуа Мари Аруэ посвящает супруге регента свою трагедию, подписавшись псевдонимом «Вольтер». С тех пор он и входит в историю под таким псевдонимом.
Нужно сказать, что Вольтер, после этой истории с  арестом и тюремным заключением пришёл к мысли, что опасно и нецелесообразно критиковать непосредственно того или иного правителя.
Благодаря триумфу «Эдипа» Вольтер получил первый существенный заработок. Фактически перед ним было два выхода:
1) быть нахлебником при титулованных особах, балуя их своими произведениями;
2) самостоятельно зарабатывать на хлеб.
Фактически Вольтер выбрал оба пути. Отчасти он использовал первый вариант. Вместе с тем, видимо от предков по линии отца у него оказались задатки дельца, и он начал активно участвовать в разного рода финансовых операциях, что позволило ему уже в 1720-х гг. иметь на руках значительные суммы денег, а к концу жизни разбогатеть. Однако, стремясь к богатству, Вольтер не поступался своими убеждениями философа-просветителя.
«Эдип» действительно прославил Вольтера, и его стали принимать в аристократических домах Парижа. Поездка в Голландию и общение с маркизой де Рюпельмонд по поводу возможности жить по христианским заповедям, привели к изданию им в 1722 г. антиклерикальной поэмы «За и против». Это произведение – фактически итог десятилетних размышлений Вольтера о религии в жизни общества.
Антиклерикальный характер поэмы вызвал критику. Хотя Вольтер издал поэму анонимно, но представители церковных кругов не только подвергли тщательной критике это произведение, но и потребовали строгого наказания Вольтера. Привлечённый властями, философ заявил, что автор поэмы – аббат Шолье, к тому времени уже давно умерший.  Вольтеру не поверили, но и не смогли доказать его авторство. В результате дело было прекращено.
Впоследствии Вольтер начал публиковать свои наиболее вольнодумные произведения под псевдонимами, дабы избежать преследований властей. Под конец жизни у него набралось 110 псевдонимов[3].
Однако творчество Вольтера раздражает не только церковные круги. Так, возмущённый победой Вольтера в состязаниях по колкостям некий дворянин из знаменитого рода Роганов приказал своим слугам избить мыслителя палками (конец 1725 г.). Поэт попытался вызвать обидчика на дуэль, за что вновь оказался в Бастилии (благодаря интригам своего неприятеля), а через две недели выдворен из страны.
Вольтер избирает местом изгнания Англию, где и живёт на протяжении трёх лет (1726-1729 гг.). «Туманный Альбион» принял мыслителя благосклонно. Его уже знали, как замечательного писателя. Мыслителя даже представили наследнику престола, ставшему через два года королём Англии под именем Георга II. Безусловно, удалось Вольтеру встретиться и с представителями интеллектуальной элиты Англии того времени. Например, с известным религиозным философом С. Кларком, со знаменитым Дж. Беркли. Но произошла и иного рода встреча. Выучив английский язык, Вольтер погружается в мир философии Бэкона, Гоббса, Локка, Толанда. Он интересуется работами о христианской религии английских деистов.
Одновременно мыслитель перерабатывает и дополняет свою эпическую поэму, опубликованную в Лондоне под названием «Генриада» (1728 г.), и посвящённую английской королеве. В этом произведении он вновь критикует католицизм. Поэма была благожелательно встречена общественностью.
В качестве приложения к поэме он издаёт эстетическую работу «Опыт об эпической поэзии» и книгу по истории своей страны: «Опыт о гражданских войнах во Франции». Вольтер весь в работе. У него в замыслах новые трагедии и исторические исследования. Вернувшись во Францию (1729 г.), философ стремится реализовать свои творческие планы.
Вершиной вольтеровской драматургии признана его  трагедия «Заира», написанная в 1732 г. (всего же у Вольтера было примерно пять десятков трагедий). Как историка, Вольтера прославил труд «История Карла XII» (1731 г.). Самым важным произведением этого периода являются вышедшие в Англии «Письма об английской нации» (1733 г.). Во Франции они были опубликованы под названием «Философские письма» (1734 г.). Биографы Вольтера рассматривают это сочинение, как «первую бомбу», брошенную им в «старый порядок»[4]. В это произведении Вольтер противопоставлял английские порядки (о которых отзывался одобрительно) французским.
Публикация данного произведения вызвала репрессии против Вольтера.  Парижский парламент распорядился сжечь его книгу, издатель был брошен в Бастилию, а сам мыслитель, избежав ареста, скрылся в Голландии. Когда страсти немного улеглись, Вольтер потихоньку вернулся во Францию и лет десять незаметно жил  со своей возлюбленной, маркизой дю Шатле, в её замке Сирей-сюр Блэз в Шампани.
Маркиза дю Шатле увлекалась физикой и математикой. По желанию Вольтера и на его средства маркиза перестроила замок. В новом крыле замка разместились библиотека и естественнонаучная лаборатория. Вольтер и его возлюбленная активно занимались естественными науками, философией и критикой Библии. Занимаясь науками, они отправляли отчёты во Французскую академию. В замке ставились пьесы, написанные Вольтером. В Сирей-сюр Блэз начали приезжать учёные из Парижа и других городов Франции.
В замке мыслитель задумывает несколько философских работ. Первым своеобразным сводом его философии явилась работа «Метафизический трактат» (1734 г.), которая так и не была опубликована при жизни Вольтера. Далее идут «Замечаниях на «Мысли Паскаля» (1734, 1743 гг.), две поэмы – «Светский человек» (1736 г.) и «Рассуждение о человеке» (1737 г.). В них мыслитель предлагает новое философское осмысление проблемы человека. Далее, в работе «Основы философии Ньютона» (1738 г.) мыслитель излагает свои философские и естественнонаучные взгляды. Уделяет он внимание и физике. Не случайно, его «Опыт о природе и распространении огня» был удостоен почетного отзыва Академии наук. Работает он и над проблемами всемирной истории, следствием чего стало предпринятое им уже в 1756 г. издание «Опыта о всеобщей истории и о нравах и духе народов» в трёх томах.
Находясь в замке, Вольтер вступил в переписку с наследником прусского престола Фридрихом. Это, с одной стороны, укрепило авторитет их обоих. С другой стороны, подтолкнуло Вольтера к мысли, что он может и даже обязан давать советы правителям. Тем более, что в это время усиливались идеи «Просвещённого абсолютизма» суть которого состояла в том, что монарх руководствуясь разумно написанными законами должен содействовать благу своих подданных.  Не случайно, в 1736 г. Вольтер написал трактат «Наследному принцу Пруссии о пользе знаний для государя».
Французский двор заинтересовался перепиской Вольтера с наследником прусского престола.  В 1740 г. принц был коронован под именем Фридриха II, и французское правительство, зная о доверительных отношениях короля Пруссии и Вольтера, предложило философу осторожно выведывать у своего поклонника его внешнеполитические планы. Тем более, что в это время шла война за «австрийское наследство», где Франция и Пруссия оказались союзниками.
Справившись с данной задачей, Вольтер снискал милость при дворе. Тем временем усиливается влияние высокопоставленных друзей мыслителя. Не мене важным фактом оказалось и то, что на литературные произведения Вольтера обратила внимание маркиза де Помпадур – официальная фаворитка короля, покровительствовавшая писателям. Вольтеру разрешают вернуться в Париж и бывать при дворе. Его даже назначают придворным историографом и камергером. Через шесть лет его избирают во Французскую Академию наук, и тогда же Вольтер становится почётным членом русской Академии.
Но при этом король Франции (Людовик XV) не желал видеть в Вольтере философского наставника, к чему стремился мыслитель. Пребывание Вольтера при дворе вызвало много зависти среди его недругов. Последние развернули травлю мыслителя. Вольтер отвечал на это колкими высказываниям. Конфликт разгорался всё больше и философ покидает двор (1746 г.), укрывшись на какое-то время в замке герцогини Мэнской. В этот период мыслитель обращается к такому жанру, как философские повести. Первым таким произведением стала повесть «Видение Бабука». Затем появился ещё ряд произведений этого направления: «Задиг» (1747 г.), «Микромегас» (1752 г.), «История путешествий Скарментадо» (1756 г.), «Кандид» (1759 г.), «Простодушный» (1767 г.), «Принцесса Вавилонская» (1768 г.), «Письма Амабеда» (1769 г.), «История Дженни» (1775 г.).
На какое-то время возобновляются отношения Вольтера с Эмили дю Шатле. Но став любовницей придворного поэта Сен-Ламбера, с которым Эмили неосторожной познакомил философ, она в 1749 г. умирает в результате послеродовой горячки. Вольтер тяжело переживал, сначала измену возлюбленной, а потом и её смерть. Позднее мыслитель отмечал, что он потерял половину себя самого.
Видимо неприятности конца 1740-х гг. (конфликты при дворе и смерть возлюбленной) сыграли свою роль в том, что в 1750 г. Вольтер наконец принимает предложение  Фридриха II приехать в Берлин. Король Пруссии, восхищённый творчеством Вольтера, давно и настойчиво звал мыслителя к себе. Казалось, наступает светлая полоса в его жизни. Король внимателен к нему и позволял свободно высказывать свои мысли. Вокруг Вольтера сложился кружок единомышленников, в том числе и из французов. Среди последних выделялся Жюльен Ламетри. Здесь же был и французский учёный Пьер Мопертюи.
Однако постепенно и в Пруссии  наступало разочарование, поскольку обязанности мыслителя ограничивались литературной правкой работ, написанных Фридрихом II на французском языке. Потускнел и образ идеального монарха, созданный когда-то Вольтером. Прямо перед окнами королевского дворца устраивались расправы над солдатами. Вольтер критиковал Средневековье в своих работах, а здесь в Пруссии он встречал всё ту же, не принимаемую им эпоху и обстановку.
Но и Фридрих II всё больше охладевал к Вольтеру. Раздражала короля независимость суждений мыслителя. Кроме того, в Пруссии Вольтер занялся какими-то финансовыми махинациями с саксонскими банками, желая приумножить своё состояние. Более того, Вольтера обманул один из его клиентов – ростовщик Гирш. Начался судебный процесс. Как посмеивался король Пруссии: «Плут надул плута».
Кроме того, Вольтер поддержал немецкого учёного математика Кенига в его споре с Мопертюи. На стороне последнего оказался прусский король. Вольтер пишет сатирическое произведение в котором высмеивает  Мопертюи. Но ведь тот – президент Берлинской академии, т.е. по сути чиновник прусского государства. Такого король простить не мог. Книжка Вольтера была брошена в огонь прямо перед окнами королевского дворца[5].
Итак, через три года после приезда в Берлин, Вольтер вынужден был покинуть Пруссию. Пройдя курс лечения на водах во французском городе Пломбьер (1754 г.) в сопровождении своей племянницы Марии Луизы Дени переезжает в Швейцарию. Однако прожив четыре года в Швейцарии, мыслитель перебирается во Францию, в округ Жекс, что на границе с Швейцарией. Здесь он покупает два имения – Турне и Ферне, чаще проживая в последнем. Отсюда идёт и прозвище Вольтера – «Фернейский мудрец».
Переезд был не случайным. В одном из изданных в Швейцарии трудов философа, якобы по ошибке основоположник женевского протестантизма  Жан Кальвин был назван человеком со «свирепой душой». Вольтер объяснял женевцам, что это – ошибка наборщика. Но ему не верили. Видимо не без основания.
Поэтому Вольтер и выбрал специально приграничный округ во Франции. В случае опалы со стороны французского правительства, он смог бы быстро укрыться в Швейцарии. А если возник бы конфликт с женевцами, он вернулся бы домой[6].  Сам Вольтер так охарактеризовал свой план: «Левой рукой я опираюсь на Юрские горы, правой — на Альпы, Женевское озеро расположено прямо против моих полей, я обладаю прекрасным замком на французской границе, убежищем Делис на территории Женевы и хорошим домом в Лозанне. Перекочевывая из одной норы в другую, я могу спасаться от королей и армий»[7].
Живя в Фернее Вольтер принимал гостей чуть не из всех уголков Европы. Скопив большие богатства, «Фернейский мудрец» позволил себе роскошный образ жизни. Своё богатство он накопил самыми разнообразными способами. Это было и наследство отца, и пенсионы от высокопоставленных лиц, и разного рода финансовые сделки и спекуляции, и продажа тех должностей, что он занимал. Но, безусловно, много средств он заработал, благодаря гонорарам от своих произведений. К концу жизни (в 1776 г.)  годовой доход мыслителя составил двести тысяч ливров. Тем самым он, становился одним из богатейших людей Франции[8].
Однако Вольтер не только занимался своими финансовыми делами. Под его руководством запущенное фернейское поместье было восстановлено. Более того, начала расцветать и округа. Вольтер проявил свои организаторские способности в полной мере, наладив и сельскохозяйственное и промышленное производство на капиталистических началах. Стали осваиваться пустоши, вводится в севооборот новые, более доходные сельскохозяйственные культуры. Из Швейцарии в Ферне по приглашению Вольтера приезжают мастера, потомки тех, кто когда-то уехал из Франции из-за религиозных гонений. В целом, благодаря усилиям философа, заброшенная деревушка Ферне с четырьмя десятками жителей  преобразилась в небольшой процветающий городок с населением около полутора тысяч человек[9].
Но не забывал Вольтер и главное дело своей жизни – труд просветителя, занимаясь порой по 18-20 часов в сутки. Все происходящие события во Франции и в мире Вольтер рассматривает под углом зрения того, как в обществе и в человеческой жизни утверждаются принципы разума, справедливости, гуманности. Мыслитель, с одной стороны, удовлетворённо отмечал, что в Европе вырастают силы, выступающие за эти идеалы. С другой стороны, философ констатировал, что пока ещё и во Франции и в иных странах царят произвол властей, несправедливость и жестокость по отношению к простым людям. Вольтер отмечал, что народные массы влачат жалкое существование, а привилегированная паразитическая верхушка утопает в роскоши, превратив свою жизнь в нескончаемый веселый праздник. Поэтому Вольтер делает вывод, что просвещённые люди должны действовать решительнее, борясь с теми, кто распространяет и поддерживает пагубные для людей заблуждения[10].
В Фернее он работает над новыми произведениями. Среди них «Кандид, или Оптимизм», «Трактат о веротерпимости», «Философский словарь», «Простодушный», «Вопросы об «Энциклопедии». Вольтер ведёт активную переписку чуть не со всей Европой. Среди его адресатов и русская императрица Екатерина Великая.  Пишет он и другим монархам Европы, не забывая их поучать и наставлять, напоминая об их обязанностях перед своими народами.
Участвует он и в общественной жизни, как Швейцарии, так и Франции. Например, поддерживает борьбу жителей Женевы за расширение своих прав, принимает участие в издании знаменитой «Энциклопедии». Вольтер непрестанно и на страницах «Энциклопедии» и в своих многочисленных философских повестях критикует ханжество католической церкви. Критике посвящены и его исторические труды. Например, законченный им в конце 1760-х гг. многотомный труд по всемирной истории, и написанная одновременно «Философия истории».
Издаёт он и небольшие книжечки, в которых публикуются разного рода памфлеты, диалоги, сатирические миниатюры. Вольтер полагал, что такая популяризаторская литература не менее эффективна. Так он однажды сказал, что «никогда двадцать огромных томов не сделают революции, ее сделают маленькие карманные книжки в двадцать су».
Авторитет Вольтера как неутомимого борца за справедливость и гуманность всё более рос в Европе. Посетивший его молодой просветитель Кондорсе писал не без патетики: «Русская императрица, прусский король, короли польский, датский и шведский интересовались его работами, читали его труды, старались заслужить его похвалу, временами помогали ему в его благих делах. Во всех странах все вельможи и все министры, которые претендовали на славу и желали быть известными Европе, добивались одобрения фернейского философа, поверяли ему свои надежды или опасения относительно прогресса разума, свои проекты о распространении просвещения и уничтожении фанатизма»[11].
Следствием такого авторитета явилось установление в Париже на общественные средства статуи Вольтеру. В сборе средств приняли участие не только просветители и сочувствующие им, но даже европейские монархи, такие как Екатерина II и даже Фридрих II. В 1772 г. знаменитый скульптор Пигаль создал такую статую и она была увенчана лавровым венком.
По прошествии 30 лет Вольтер решил в 1778 г. приехать в Париж, даже не спрашивая на это разрешения властей. Правда на городской заставе философа остановили и спросили, не везёт ли он каких-либо товаров, облагаемых пошлиной. На что Вольтер ответил:
Господа, у меня в экипаже нет никакой контрабанды, кроме меня самого.
Его приезд, состоявшийся 10 февраля 1778 г. ознаменовался восторженным приёмом, который мыслителю устроил Париж. Многочисленные друзья и почитатели устремились к Вольтеру, высказывая ему знаки уважения, любви и восхищения. Хотя Вольтер приехал без разрешения властей, правительство не рискнуло выдворить из столицы знаменитого писателя. Мыслитель участвует в заседаниях Академии наук, посещает театры, беседует с друзьями и почитателями. Полный триумф Вольтера. Казалось, что он находится на Олимпе. Но он не забывает и трудиться над своими новыми произведениями. Так он сочиняет трагедию «Ирина», которую тут же ставят на парижской сцене. Разрабатывает проект нового словаря современного французского языка.
Но триумф всё более омрачается болезнью, вызванной, видимо, исключительным напряжением последних месяцев жизни философа. И 30 мая 1779 г. мыслитель скончался. При том он исповедался и причастился по католическому образцу. Последними словами Вольтера были: «Я умираю, обожая Бога, любя моих друзей, не имея ненависти к врагам, но презирая предрассудки»[12].
И   здесь власти уже посмели открыто выступить против Вольтера. Католическая церковь не даёт разрешения на погребение его тела, а парижская полиция запрещает печатать сообщение о смерти философа. Правда один из родственников Вольтера – его племянник, аббат Миньо (брат мадам Дени), смог втайне отвезти тело своего дяди в провинцию Шампань, где и похоронил на кладбище аббатства Сельер, прежде чем до тех мест дошёл запрет церкви на совершение погребального обряда.
Позднее, в годы революции, тело Вольтера было перевезено в Париж и погребено в Пантеоне великих людей Франции (1791 г.).
Прекрасный портрет Вольтера в своей истории философии дал В. Виндельбанд: «Обладая сведениями во всех искусствах и науках, одаренный невероятной способностью к усвоению, он уже в ранней юности стоял на вершине образованности своего времени. Искрящееся богатство поэтической фантазии, грациозное, ясное изящество стиля, делающие его одним из первых, если не первым, писателем Франции, приносили пользу и его научной деятельности. Он никогда не был ни великим исследователем, ни глубокомысленным мыслителем, но умел с редкой тонкость чувства отыскивать все, что шло навстречу умственному течению времени, и придавать ему ту форму, в которой оно захватывало умы и царило над ними. Огромное влияние, оказанное на эпоху его философскими сочинениями, и ими, пожалуй, больше всего, покоилось на теплоте нравственного чувства, которым они были проникнуты. Правда, это чувство вовсе не являлось у Вольтера твердым и непоколебимым убеждением, служившим ему надежным руководителем в превратностях жизни.
Нельзя отрицать, да и ему достаточно часто это ставилось в упрек, что безмерное честолюбие, граничащее со смешным тщеславием, склонность к интригам и, наконец, даже поразительная алчность увлекли его к поступкам, мало достойным философа. Но все это еще не дает права называть его актером, который только играл этими чувствами и мастерски понял силу их риторического применения. Наоборот, по бесчисленным фактам его жизни мы имеем возможность поверить в полную искренность его одушевления справедливостью и нравственностью.
Но Вольтер был мягок по природе как в нравственном, так и в умственном отношении, и если это сделало его умственно великим, то зато бросило тень на его нравственный облик. Он не был способен тихо и непоколебимо пройти жизнь; он, как бабочка, устремился к блеску внешней жизни и не смог его вынести»[13].
В философии Вольтер осуществил синтез основных положений деизма, исходя из существования непознаваемого Бога как первопричины материального и идеального миров. Утверждая объективную реальность божественной субстанции, Вольтер считал её принципиально отличной от потенциальной бесконечности природы. Опираясь на открытый И. Ньютоном Первый закон движения, Вольтер рассматривал природу наподобие часового механизма, где все формы неорганической и органической материи движутся благодаря внешней силе, давшей миру первый механический толчок.
В «Метафизическом трактате» Вольтер подверг критике идею движения как атрибута материи, утверждая существование нематериального принципа действия. В сочинении Вольтер совершает логическую формализацию деизма, приближая его к строгой ньютонианской схеме, согласно которой Бог действует по всеобщим законам механического движения. Отрицая развиваемую Н. Мальбраншем концепцию причинности в духе окказионализма,  мыслитель признаёт существование в природе единого разумного мирового начала – Бога как первопричины материального мира и происходящего в мире движения. Целесообразность и совершенная гармония мира есть результат целеполагания разумного существа.
В области теории познания Вольтер был одним из первых во Франции сторонников материалистического сенсуализма Джона Локка, с трудами которого он ознакомился в Англии. Критикуя философские системы Декарта, Спинозы и Лейбница, мыслитель считал опытное исследование природы наиболее адекватным методом её познания.
Излагая историю христианства, Вольтер развивал идеи представителей французской исторической школы, создавших образ исторического Христа в качестве основателя нового социального и морального учения. Христианство, по мнению Вольтера, является учением, охраняющим институт частной собственности и моральные устои европейской цивилизации XVIII в.
С именем Вольтера связана одна из первых попыток создания философии истории. Тем более, что Вольтер первым ввёл данный термин в научный оборот. В «Философии истории», в «Опыте о всеобщей истории и о нравах и духе народов», рассматривая человеческую историю как последовательное движение от первобытного варварства к позднейшей цивилизации, мыслитель подчёркивал важную роль в этом движении просвещения, науки, трудовой и творческой деятельности человечества.
Критикуя феодальные порядки, основанные, по мнению философа, на деспотической форме правления, Вольтер противопоставлял им просвещённую конституционную монархию, как наилучшую форму государственного устройства.
Вместе с тем, будучи аристократом, Вольтер отрицательно относился как к коммунистическим идеалам Жана Мелье, так и к умеренному эгалитаризму Жан-Жака Руссо, предполагающему возможность установления народовластия[14].
В целом, Вольтер, как уже и отмечалось, явился, наряду с Монтескьё и Руссо, одним из ярких представителей философии Просвещения.  Его идеи оказали влияние и на Великую Французскую революцию.



[2] Кузнецов В.Н. Указ. соч.
[3] Кузнецов В.Н. Указ. соч.
[4] Кузнецов В.Н. Указ. соч.
[5] Артамонов С.Д. Вольтер и его время. М., 1980. URL:  http://lit-prosv.niv.ru/lit-prosv/artamonov-volter/v-prussii.htm
[6] Артамонов С.Д. Указ. соч.
[7] Цит. по: Кузнецов В.Н. Указ. соч.
[8] Мусский И.А. Вольтер / Мусский И.А. Сто великих мыслителей.
[9] Кузнецов В.Н. Указ. соч.
[10] Кузнецов В.Н. Указ. соч.
[11] Цит. по: Кузнецов В.Н. Указ. соч.
[12] Цит. по: Дэвис Н. История Европы. М., 2005. С. 446.
[13] Виндельбанд В. История новой философии в её связи с общей культурой и отдельными науками. Т. 1. От Возрождения до Просвещения. М., 2000. С. 396-397.
[14] Ям К.Е. Вольтер. Новая философская энциклопедия. В 4 томах. М., 2010. URL: https://iphlib.ru/library/collection/newphilenc/document/HASH01c5f6fc80579d33e64aabc5