February 3rd, 2016

ИЗ Д.М. БАЛАШОВА

– Ты знаешь Восток, Олфер? Эти тысячи поприщ пути… Глиняные города… Жара… Бирюзовое небо… Курганы… Ты думал, Олфер, что такое Орда?! Та же мордва, черемисы, булгары, буртасы, татары, аланы, половцы, кыргызы, ойраты – кого там только нет! Бесермен полным-полно. Но все – в кулаке!
Восток безмерен. Он бесконечен, как песок.
Ты знаешь, Олфер, почему Александр вынимал очи этим дурням, что затеяли с новгородскими шильниками противустать хану? Почему выгнал Андрея, отрекся от Даниила Галицкого, не принял папских послов? Он понял, что такое Восток!
Запад вседневен. Города, городки, в каждом свой герцог или граф, господа рыцари, господа купцы, господа суконщики… А там – море. Тьмы тем. Тысячелетия. Без имен, без лиц.
Оттуда исходит дух силы. Закручивает столбом и несет, и рушит все на пути, и вздымает народы, словно сухой песок, и уносит с собой…
Это смерч. Пройдет, и на месте городов – холмы, и дворцы повержены в прах, и иссохли арыки, и ворон каркает над черепами владык, и караваны идут по иному пути…
А погляди туда, за Турфан, за Джунгарию, в степи, откуда зачинается, век за веком, этот великий исход, – и не узришь ничего. Пустота. Редкая трава. Юрта. Пасется конь. Над кизячным костром мунгалка варит хурут. И до края неба – ни второй юрты, ни другого коня, ничего! И из пустоты, из тишины степей исходят тьмы и тьмы и катятся по земле, неостановимые, как само время…
Это смерч. Сгустившийся воздух. Дух силы. Сгустившаяся пустота степей.

ИЗ Б. ПАСТЕРНАКА

Учись прощать, молись за обижающих,
Зло побеждай лучом добра,
Иди без колебаний в стан прощающих
Пока горит Голгофская Звезда.

Учись прощать, когда душа обижена,
И сердце, словно чаша горьких слёз,
И кажется, что доброта вся выжжена,
Ты вспомни, как прощал Христос!

Учись прощать, прощай не только словом,
Но всей душой, всей сущностью твоей.
Прощение рождается любовью
В борении молитвенных ночей.

Учись прощать, в прощении радость скрыта,
Великодушие лечит как бальзам,
Кровь на кресте за всех пролита,
Учись прощать, чтоб был прощен ты сам.

Борис Пастернак

ИЗ Д.М. БАЛАШОВА

И чего  не произошло, и  что могло, должно было произойти на Руси в эти неуверенные  неустойчивые  годы,  в  эти  последние  три года власти Василия Дмитрича, что должно было содеять, чтобы заложить истинное величие страны, и заложить  именно   теперь,  в  самом  начале,   вернее,  в  первой  четверти пятнадцатого  столетия, и  с  чем  мы  отстали  на два  столетия  с  лишком, вынужденные догонять тех,  кто  при ином раскладе  судьбы сам бы  догонял  и догонял  Россию, - не  создали  университетов.  Ни в  Москве,  где он, как в столичном городе, был сурово и крайне  необходим, ни в  Твери, где он мог бы возникнуть,  сообрази  Михаил Александрович  надобность  дела  сего,  ни  во Владимире, где университет мог бы устроить сам  Фотий, ни в Ростове Великом, ни во всех названных  градах единовременно...
Почему так произошло? Почему и три  столетия  спустя  наука  была  на  Руси все еще "ободрана,  в лохмотьях обшита,  из  всех  почти  домов  с  ругательством  посбита"? Почему  и  наши западничающие   "демократы"   и   теперь,   в  конце  двадцатого   столетия, обезьянничая  перед  Западом,  изо  всех  сил  сокращают  расходы именно  на образование  и культуру,  хотя даже  на  опыте первых  десятилетий Советской власти (не говорю уже про девятнадцатый век!) ясно должно было быть, к каким космическим высотам,  и в прямом и в  переносном смысле, способна  рвануться наша страна при обычном регулярном  и бесплатном школьном  и университетском образовании! Почему? Что мешало тем же  нашим монастырям  стать рассадниками культуры, и богословской и светской: медицины, астрономии, филологии, знания языков?
В  Монголии, в единственном  оставленном  в доперестроечные времена буддистском  духовном училище пять языков изучали будущие  ламы! Пять языков как  минимум!  Почему наши монастыри и  сейчас,  в эти годы освобождения, не становятся хранилищами книг, библиотеками всемирного значения,  где могли бы заниматься приезжие  научные  сотрудники и студенты,  где могли бы проходить научные  конференции,  как  это  я  сам  видел  в  Венеции,  в  католическом монастыре?  Что мешает нашей церкви подняться к  вершинам  мировой культуры?
Что  мешает  нашему,  потерявшему  всякое  уважение  народа,  правительству, обратить  наконец  должное  внимание  на   высшее,  в  особенности   высшее, образование, ибо еще Чехов сказал: "Нам не школы,  а университеты  нужны!" А начальное образование я бы и вовсе передал в руки церкви, токмо, разумеется, в  руки Русской  церкви,  а  не  еврейской, не  баптистской,  адвентистской, иеговистской,  евангелической и иже с  ними, ибо  имя им легион и изгнать их всех из нашей страны - это насущная необходимость нового времени.
     Почему  все-таки  в России в начале  пятнадцатого  столетия не возникли университеты?  Это трудно  понять.  Тем  более  трудно  понять, зная,  какое огромное   значение   имела    для   нас   открытая    наконец   в    Москве славяно-греко-латинская академия? Почему  же это не было сделано еще два-три столетья назад? Перед этим  вопросом  я лично  замираю в какой-то неизбывной растерянности,  тем  паче  ведая  о  талантах  нашего  народа,  об  огромных результатах образования и образованности в нашей стране! Почему?      И  не  нахожу  ответа.  Чума?  Да и  чума-то к  нам  с  Запада  пришла! Внутренние гражданские войны? Но ни гуситов, ни Реформации у нас все-таки не было! Нехватка средств? Но при всегдашней твердой центральной власти в стране средства  могли найтись  даже в большей мере, чем  это было в разорванном на графства и герцогства Западе!
     Почему  Иван III,  покорив  Новгород,  уничтожил  бесплатное  городское образование,  серию  училищ,  существовавшую  на  вечевые деньги,  и  через двадцать лет в этом, не столь  давно культурнейшем  городе  Руси, уже не  из кого  стало  набирать  священников? Почему наши  образовательные начинания - школа  Ярослава  Мудрого  в Киеве,  выпустившая  целую  плеяду замечательных переводчиков, ораторов, просветителей, христианских подвижников;      "Григорьевский  затвор"  в  Ростове  Великом,  откуда  вышел  целый ряд выдающихся  деятелей нашей культуры, вышли Кирилловичи, Стефан и Варфоломей, будущий Сергий Радонежский, вышел Епифаний Премудрый, вышел Стефан Пермский, креститель зырян - почему эти замечательные духовно-образовательные твердыни не породили твердого непрерывного наследка своего,  не превратились в то, во что должны были превратиться?
     Почему так захирела и угасла славяно-греко-латинская академия в Москве, начальное (и не плохое!) образование в которой получил сам Ломоносов? Почему  так  выродился  Пушкинский  лицей,  так   и  не  ставший  новой Платоновской  академией?  Почему  заведенная у  нас  с трудами великими и  с опозданием  на   три  сотни  лет  академия  наук  так  и  осталась  какою-то полузападною,  о  чем  писал  еще  великий Менделеев в конце  прошлого века? Почему? Почему? Почему?
     Почему мы отстали в одной из корневых духовных наук, в богословии, хотя и  утверждаем,  что именно мы -  хранители заветов  вселенского православия, истинных заветов  Христа? Да, конечно, Советская власть  и вся мощь  напора, направленного на  уничтожение Русской православной церкви... Кстати, эта вся мощь  с "перестройкой"  обратилась  самым  фантастическим  образом  прямо  в противоположную  сторону:  прежние  гонители   православия   заполняют  наши монастыри и церкви, и даже епископат оказался в руках экуменистов... И опять почему? Почему? Почему?!
     И  опять  возвращаемся  туда,  откуда  следовало  начинать   регулярное школьное,  так сказать, просвещение России - к началу  пятнадцатого  века. И вот прогремел первый, пока едва слышный звоночек - Констанцский Собор,  куда русские иерархи попросту не могли представить солидную делегацию богословов, способных  поспорить  с  римскими  прелатами  и   французскими   выучениками Сорбонны. Были ли  мы в ту пору столь уж дики  и грубы? Ежели вспомнить, что Нил  Сорский отлично разбирался  в  астрономии, ведая,  что Земля, как некое яйцо, окруженное  атмосферой, кружится в  мировом пространстве! Не  были  мы отнюдь  лесными  медведями!
И  староверы  наши,  не  принявшие  никоновских церковных  реформ  -  троеперстия  и   прочего,  заимствованных  у  народов, находившихся  под  турецким  игом,  да  и до  сей поры  не  отвоеванных,  не включенных   в  состав  России   -  трегубую  аллилуйю,  еще  ряд   перемен, непереносных для верующего  человека,  привыкшего к тому, что именно церковь держит и сохраняет национальную традицию, дает  человеку меру повторяемости, которая как раз и приобщает смертного к вечности и бессмертию бытия – именно староверы учили всех детей  сплошняком грамоте, не  уступая в этом Западу  с его обязательным обрядом конфирмации, и именно они-то и  подверглись диким и нелепым,  по сути своей, гонениям, когда  уничтожались  и  жглись  старинные иконы и книги,  то  есть изничтожалась культура самой церкви,  ее  традиции, наследование ее. Спросим, кстати,  покушались ли  католики, любители, вообще говоря, сжигать не понравившиеся им сочинения (целый университетский город в Мексике, целую и великую! индейскую  культуру сожгли,  да и  все  славянские книги  в западной Руси), а на Ватиканскую библиотеку покушались они хоть при одном из  своих Пап,  самом, как говорится, крутом  и  твердолобом?  И  ведь русскую промышленность  XVIII - начала XIX  века именно староверы  подняли и поставили  вровень с европейской! Не  немецкие казнокрады Шумахеры, а именно эти  бородатые  "раскольники", ревнители  древлего благочестия, о которых ни один русский писатель XIX столетия истинно доброго слова не сказал!
Да,  все  у  нас  было!  Был талантливейший народ, терпеливый в труде и храбрый  в битвах, было  серьезное литейное дело (пушки  при Стефане Батории были дальнобойнее и  мощнее  западных),  была замечательная  фортификация  - русскую  крепость  при должной  обороне было  невозможно взять, одно наличие подошвенного  боя  исключало  правильные   штурмы  русских  крепостей.  Были праведники, способные вдохновить целый народ,  был народ, крепкий в вере и в верности  своим  стратилатам...   Не  было   одного  -  регулярного  высшего образования, и, как ни странно  сказать,  не  хватает его и сейчас.  Филолог прошлого,   XIX   столетия,   кончая  гимназию,   знал   пять-шесть   языков (церковнославянский, греческий, латынь, немецкий,  французский и английский, последний - по желанию). Это при тех же двух уроках в неделю.
     И  не надо  говорить,  что современные "новые  русские" ведают, хотя бы более  или менее прилично, американское наречие английского языка. Знаю, как они ведают! Проверял. А отдельные особи - не  в счет. Отдельные особи и в XV веке по  пять-шесть языков  знали.  Только не  государственная  власть  была виновата в  этом,  отнюдь. Ну,  и -  что  говорить?  Возникни высшие учебные заведения в  России  в  XV веке, не  потребовались бы ни реформы Петра, да и революция  1917  года, наверное.  И  гнусного  разговора о рекомых  западных технологиях не  подымалось бы вовсе. Ни  теперь,  и  никогда.  И не было  бы легенды о русских самородках, что приходили в лаптях, одолевали все на свете и становились Ломоносовыми. Не было этих самородков и быть не могло.
     В  биографии  каждого из  них  видишь прежде всего школу – серьезнейшее образование, к которому уже и прибавлялся личный талант. Многажды я проверял эти вреднейшие русские легенды и каждый раз (каждый!)  обнаруживалось одно и то же: за  плечами "самородка" то приличный техникум,  то Горный  институт в Петербурге, то целая традиция мастеров и мастерства, и, кстати, очень редко, почти  никогда, западная европейская школа, а ежели  и была такая, то  после солидной  подготовки  в  домашних   условиях.  У   "архангельского   мужика" Ломоносова  дома  были  учебники,  изданные   в   петровское  время   крайне ограниченным  тиражом  (один  на  десять  дворянских  семей!).
Папаша гонял корабли  в  Норвегию  и  уж  мог,  разумеется,  сына  навигации  научить,  а славяно-греко-латинская академия  дала  юноше  знание той самой  латыни,  на которой  преподавали во всей тогдашней Европе. Так что "своя и  Божья  воля" архангельского мужика из богатой и  высококультурной семьи северных  поморов дополнялась  солидным   национальным  образованием.   Ну,   а   -   возникни университеты у нас в XV-том столетии - то и с немецкими буршами пиво пить не было  бы у того же  Ломоносова крайней  нужды. Еще бы, поди,  оттоле  к  нам приезжали слушать лекции знаменитого русского ученого...